Книга Сокровище дархана, страница 30 – Марианна Красовская

Если не поспешить, то станет его Ситара женой другого. И кто-то другой, не Ингвар, будет целовать сладкие губы, с благоговением касаться девичьего тела…

Ингвар был жаден. Он хотел быть единственным у своей жены. И потому не собирался медлить. Нужно идти за ней самому. Пожалуй, через Бергород.

— Ольг Бурый нам поможет, — медленно произнес он, прищурившись, глядя на маслянистые волны. — Воин сильный, опытный. Угуров ненавидит. И на подъем быстрый, и запасов у него много.

Даже Асахан вынужден был признать правдивость этих слов. Все так. Да и добраться до Бергорода быстрее и проще, чем до Коха. Одна беда только…

— А не боишься? Тебя там узнают. Ты же сын своей матери.

— А чего мне бояться? — несколько неуверенно пожал плечами Ингвар. — Она ни в чем не виноватая. Убийцу моего… хм… моревского отца нашли и казнили. А меня Матвей Всеславович своим сыном честь по чести признал. И знак княжеский мне завещал[2].

— Но Лисгород мы все равно объедем стороною, — предложил Асахан.

И Ингвар кивнул.

На десятый день судно попало в шторм. Их болтало по морю как щепку. Ингвару было дурно, он мог только держаться за койку и стискивать зубы, сдерживая постыдные стоны. Асахан бодро поскакал на палубу, где попытался своими шаманскими силами бурю усмирить и потерпел позорное поражение — ветер и волны плевать на него хотели. Вот уж он горько жалел, что ленился в учебе! Тогда он взялся помогать матросам, и это вышло у него куда лучше. Иногда он спускался вниз, мокрый насквозь, радостный, пышущий силами и здоровьем, кидал бедняге Ингвару несколько слов и снова убегал.

Паршивец, все ему нипочем!

Буря ими подавилась. Сломала одну мачту, порвала паруса и снасти, но никто не погиб. И даже с пути корабль почти и не сбился.

Сорок дней — сказал капитан. Из них миновала уже четверть. Дальше им везло. Такого сильного шторма больше не случалось, так, дождь да ветер. К концу плавания Ингвар даже привык к качке. Во всяком случае, его больше не тошнило. Правда, сойдя на пристань в Рысограде, он не смог стоять. Ему все казалось, что земля уходит из-под ног. Пришлось опереться на плечо Асахана. Так и сделали первые шаги — вдвоем.

Разные, но все же братья.

— Сначала в трактир, — решил вечно голодный Сахи. — У меня эта солонина да кислая капуста уже из ушей лезет. Хочу жареного быка. С кашей и зеленью.

— И пирога с яблоками, — обрадовался Ингвар. — И меду хмельного.

— И пряников печатных.

— И крылышек в меду. Нежных, чтобы на зубах хрустели.

Не такие, впрочем, они и разные. Закинули на спины мешок да сумку, распрямили плечи, улыбнулись сахарно — так, что рыски на улицах на молодых да красивых парней с любопытством глазели, — и отправились в ближний трактир.

— Надо будет в лавку травника заглянуть, — разглагольствовал Асахан. — Да местного волхва повидать. Обменяем пару твоих камушков на колдовские зелья. В дороге все пригодится.

Ингвар даже не спорил. Но пока братец по своим делам бегал, он одежду местную купил и удобную обувь. Коня бы еще надобно, путь до Бергорода неблизкий, даже если по следу лисицы идти[3].

[1] Брат.

[2] Подробности можно прочесть в книге «След лисицы».

[3] Ходить магическими звериными тропами могли лишь люди из княжеских родов. Ингвар был принят в род лисиц.