Книга Кухарка поневоле для лорда-дракона, страница 60 – Юлий Люцифер

Почти мягко.

Потому что мягкость от таких женщин всегда хуже презрения.

— Вы на чьей стороне? — спросила я.

Илда слегка улыбнулась.

— Я стара слишком давно, чтобы вставать на стороны. Я наблюдаю.

— Удобная позиция.

— Живучая.

— А предупреждать меня — это тоже часть наблюдения?

— Нет. Это редкий приступ человеческой слабости.

Я невольно хмыкнула.

— Не идет вам.

— Знаю.

Она взяла книгу со стола.

— Ты можешь спросить себя о важном.

— О чем именно?

— Почему тебя потянуло именно к этим страницам.

Я посмотрела на закрытый переплет.

Потом на нее.

— Потому что я устала жить в мире, где все что-то знают о моей роли, кроме меня самой.

— Хороший ответ, — сказала Илда. — Но не полный.

Она повернулась к двери.

Я шагнула за ней:

— Подождите. Эта женщина… она тоже была из другого мира?

Илда остановилась.

Очень ненадолго.

Но я увидела.

Вопрос попал.

— Иногда, — сказала она, не оборачиваясь, — чужими бывают не только миры.

И ушла.

Я осталась одна в комнате, и меня вдруг по-настоящему затрясло.

Не от страха.

От ощущения, что под ногами снова разошелся пол.

До этого все было сложно, опасно, эмоционально — но хотя бы происходило со мной впервые.

А теперь выяснялось: нет.

У этой истории уже был призрак.

Женщина.

Кухня.

Дракон.

И плохой конец.

Прекрасно.

Просто чудесно.

На кухню я вернулась молча.

Слишком молча даже для себя.

Марта это поняла мгновенно.

— Что?

— Ничего.

— Врешь.

— Да.

Она отложила нож и подошла ближе.

— Алина.

Я подняла глаза.

— Тут уже была женщина до меня?

Лицо Марты стало каменным.

Я знала этот взгляд.

Это взгляд человека, который очень хочет соврать, но понимает, что уже поздно.

— Кто тебе сказал?

— Значит, была.

Она шумно выдохнула.

— Не все в замке держат язык за зубами так крепко, как нужно.

— Марта.

— Да.

Это было сказано почти зло.

Почти через силу.

Но это былода.

И мне его хватило.

— Кто она была? — спросила я.

— Неважно.

— Для меня — важно.

— Нет, Алина. Для тебя важно дожить до завтрашнего вечера, а не копаться в костях прошлого.

— И все же.

Марта оперлась ладонями о стол.

— Она была не отсюда.

— Как я?

— По-своему.

— И тоже… готовила?

Марта молчала.

Потом кивнула.

— Да.

Я зажмурилась на секунду.

Вот и все.

Призрак получил лицо.

Пусть не настоящее, но уже достаточно четкое.

— И чем кончилось?

Голос у меня прозвучал тише, чем хотелось.

Марта ответила не сразу.

— Тем, что с тех пор в этом доме очень не любят, когда кухня начинает значить больше, чем должна.

Я смотрела на нее и понимала: полного ответа сейчас не будет.

Она не даст.

Но и этого уже хватило, чтобы внутри все стянулось.

— Арден знает, что я это узнала?

— Пока нет.

— Слово «пока» сегодня всех сговорилось преследовать?

— Смирись.

— Нет.

— Вот поэтому у тебя и проблемы.

Вечером Арден прислал за мной.

Не запиской.

Не приказом через слугу.

Пришел сам.

Я услышала его шаги еще в коридоре и на секунду захотела сбежать через окно.

Чисто символически.

Чтобы хоть раз в жизни не стоять на месте, когда меня находят.

Но осталась.

Конечно.

Куда я денусь.

Он вошел в боковую комнату при кухне, где я перебирала сухие травы.

Один.

Без камзола, как часто бывало к концу дня. Рукава закатаны, на запястьях следы усталости, под глазами тень.

Но в остальном собран.

Слишком.

Я сразу поняла: он пришел не за легким разговором.