Книга Кухарка поневоле для лорда-дракона, страница 1 – Юлий Люцифер

Я всегда думала, что если жизнь однажды и решит меня добить, то сделает это как-нибудь символично. Под музыку. Под дождь. Под красивую финальную фразу, которую я успею подумать перед тем, как все закончится.

На деле все вышло гораздо обиднее.

Я поскользнулась.

Не на краю скалы, не на крыше небоскреба и даже не на мраморной лестнице дорогого отеля. На мокром кафеле в своем ресторане, где в конце смены лично проверяла кухню, потому что поварам доверять можно только до первой испорченной поставки и первой украденной креветки.

Я помню белый свет ламп, резкий запах лимонного средства, ведро у стены и тупую, страшную мысль: только бы не удариться виском.

А потом ударилась.

И мир исчез.

Когда я открыла глаза, первое, что почувствовала, был жар.

Не боль. Не страх. Жар.

Он облизал лицо, скользнул по шее, прижал к коже тяжелый влажный воздух, в котором смешались запахи дыма, печеного мяса, пряностей и чего-то незнакомого, густого, как сама опасность.

Я резко села и закашлялась.

Передо мной горела огромная печь. Не духовка, не промышленный шкаф, а настоящая каменная пасть с оранжево-белым пламенем внутри. По обе стороны тянулись длинные столы из темного дерева. На них лежали ножи странной формы, связки трав, чугунные кастрюли, медные миски и туши каких-то птиц с переливающимися синеватыми перьями.

С потолка свисали крюки. На стенах блестели медные ковши. Пол был выложен серым камнем. И все вокруг казалось слишком настоящим, слишком объемным, слишком горячим для сна или бреда после удара.

Я вцепилась пальцами в край стола и медленно вдохнула.

— Так, — сказала я хрипло самой себе. — Либо у меня сотрясение, либо я умерла и попала в ад для шеф-поваров.

— В ад? — раздался рядом сухой женский голос. — Если бы ты попала в ад, там было бы чище.

Я вздрогнула так, что чуть снова не упала.

У дальнего стола стояла женщина лет пятидесяти с тяжелым подбородком и взглядом, которым можно было резать мясо без ножа. На ней было темное платье, поверх — плотный передник, на голове — белая косынка, ни единой выбившейся пряди. Она смотрела на меня без удивления, словно девушки, возникающие из воздуха посреди кухни, были для нее утомительной, но привычной проблемой.

— Встала, — приказала она. — Быстро.

— А вы кто?

— Та, кому здесь отвечают без глупых вопросов.

— Прекрасно. А я кто?

Она смерила меня взглядом с головы до ног. Я тоже опустила глаза и едва не застонала.

На мне не было ни джинсов, ни футболки. Вместо них — грубое светлое платье до щиколоток, простое, как мешок, и такой же фартук. Рукава закатаны, ладони в муке. Босые ступни серые от каменной пыли.

Я судорожно сглотнула.

— Нет, — выдохнула я. — Нет. Нет-нет. Только не это.

— Если ты собираешься рыдать, выйди во двор. Слезы на кухне портят соль.

Женщина шагнула ближе и резко дернула меня за подбородок вверх.

— Смотри на меня. Имя?

— Алина.

— Слишком мягко звучит, — недовольно сказала она. — Ладно. Будешь Алина. Из новых?

— Я вообще-то из другого мира, если вам интересно.

— Мне интересно, умеешь ли ты резать мясо, не отхватив себе палец.

Я уставилась на нее.

Она уставилась на меня.

Похоже, нас обеих не впечатлил уровень взаимного абсурда.

Где-то за спиной хлопнула дверь, и в кухню ворвался мальчишка в коротком камзоле.