Книга Дневник злодейки, страница 39 – Елена Паленова

В палате была ещё одна пациентка, которая косо посмотрела на нас, сползла со свой кровати и, придерживая живот, деликатно уковыляла в коридор. Я вкратце обрисовала Руслану ситуацию и клятвенно заверила его, что сниму квартиру сразу же, как только мои доходы позволят такие расходы. Он информацию усвоил и сообщил, что на время моего выздоровления нанял в магазин продавщицу ― вроде бы толковую, но я после выписки сама решу, оставить её или уволить. Врач сказал, что выздоравливать буду долго, потому что к здоровью своему отношусь безалаберно, а у Руслана рука сломана ― работать в магазине некому, поэтому он и взял инициативу в свои руки. И уже двадцать девятое августа ― как раз наплыв покупателей на носу. Наворчал на меня и ушёл. Я так и не поняла, зачем он про жильё спрашивал.

Маме я всё-таки позвонила, но она всё ещё дуется из-за моего отказа копать картошку. Не удивилась бы, если бы она мне заявила, что я специально в больницу загремела, чтобы найти оправдание своему недостойному поведению. За ту неделю, что я провела в хирургическом отделении, навестить меня один раз приехал отец ― после работы заскочил ненадолго. Мама так и не пришла. Зато Туманов приезжал каждый день, хотя я его об этом и не просила. Даже странно было получать столько внимания от чужого человека при почти полном равнодушии родных.

А после выписки меня ждал сюрприз. Руслан заявил, что в моём состоянии жить в магазине мне категорически нельзя, поэтому я до полного выздоровления поживу у него. Он снимает двухкомнатную квартиру. Одна комната пустует, поэтому я могу временно обосноваться там.

— Туманов, это уже явный перебор, ― напряглась я. ― Может, ты на мне ещё и женишься?

— Могу и жениться, но ты же не согласишься, ― будничным тоном ответил он.

Конечно, я не соглашусь. Мне и так неловко каждый день видеться с ним, зная, что ждёт нас двоих впереди. Мы ведь даже не друзья и никогда ими не станем. И так уже сблизились больше, чем следовало бы. Но от временного совместного проживания я всё же не отказалась, потому что мне нужно поправить здоровье, а в условиях магазинной подсобки это невозможно. И домой не хочется ― там хоть и комфортно с точки зрения условий, но не морально. Картоха с морквой в деревне выкопаны, бабуля уже чемоданы пакует ― куда возвращаться?

— Если рассчитываешь, что я буду у тебя за домохозяйку, забудь сразу, ― предупредила я Туманова.

— Уже забыл, ― безразлично пожал он плечами. ― Если нужно перевезти твои вещи от родителей, просто скажи.

— Нужно, ― сказала я.

И такое странное ощущение появилось, будто всё так и должно быть. Нет внутреннего протеста. Нет желания спорить и возражать. Я позволяю чужому человеку распоряжаться моей судьбой и мне это нравится! Знаю, что горько пожалею об этом, но так приятно, когда о тебе искренне заботятся, что отказаться просто нет ни желания, ни сил.

Совместный бизнес и совместный быт ― понятия принципиально разные. Помню, однажды заикнулась при бабушке о том, что мне не очень уютно в студенческой общаге, а она в ответ рассказала о своём детстве, прожитом в коммунальной квартире, где на четыре семьи был один санузел и две газовых плиты, а соседи постоянно ссорились из-за того, что кто-то занял под постиранное бельё чужую верёвку или не туда поставил трёхколёсный детский велосипед. Почему-то представлялось, что мы с Тумановым будем жить примерно так же ― составим график посещения уборной и приёма душа, разделим пополам полки в холодильнике и постараемся не досаждать друг другу. Но Руслан… Он заранее купил для меня новое постельное бельё, подушку и одеяло. К выписке прибрался в комнате, которой сам не пользовался. Забил холодильник продуктами по диете, которую рекомендовал мой лечащий врач. Я даже не знала, что он с врачом общался. И ещё Туманов приготовил для меня на ужин омлет, а перед сном припёр в мою комнату аптечку и заявил, что мне нужно обработать шов и сменить повязку.