Книга Низверженные боги, страница 49 – К. Н. Кроуфорд

Я пришла в ужас, услышав эти слова.

Убейте детей.

Может, он и выглядел как немощный старик, но не было сомнений, что под этой внешностью скрывается самое настоящее чудовище.

— Сколько ведьм нам выбрать для допроса? – спросил один из солдат.

— Столько, сколько сможете найти. Но, прежде чем привести их мне, убедитесь, что они действительно владеют магией.

— Да, Благословенный Патер.

— Чем мощнее их магия, тем лучше, – добавил глава Ордена.

Магистр поклонился.

— Как пожелаете, Благословенный Патер.

Патер завозился в своей постели, устраиваясь поудобнее.

— Вы свободны. Дайте мне отдохнуть. Оставьте двух солдат за моей дверью.

Магистр Соларис в последний раз оглядел комнату, прежде чем вывести оставшихся солдат. Звук закрывающейся двери эхом разнесся по комнате. Когда Патер задул свечу на прикроватном столике, комнату заполнила темнота.

И все же, каким бы слабым он сейчас ни был, я не была уверена, сможет ли еще один смертельный удар навсегда лишить его жизни в этом мире. Сколько украденной магии ведьм все еще жило в его костях?

Я прислонилась спиной к стальной груди Сиона. Теперь нужно было дождаться, пока Патер заснет, прежде чем мы сможем сбежать.

Я вполне уютно устроилась на коленях Сиона, а его руки крепко обнимали меня. Было так странно прижиматься к кому-то и не чувствовать биения его сердца. Ни пульса, ни каких-либо признаков жизни, только упругость тела и исходящую от него магию, ласкающую мою кожу.

Наверное, можно сказать, что я чувствовала себя с ним в безопасности, пока мы были на одной стороне. Я видела, что он мог сделать со своими врагами.

Его грудь вздымалась и опускалась. Интересно, ему действительно нужно было дышать или это была просто старая привычка?

Сион то ли случайно, то ли намеренно коснулся подбородком моего лица, и на одно безумное мгновение я задумалась, каково было бы поцеловать его. Я скорее закрыла глаза, стараясь думать о чем-то менее сексуальном. Представила, как Патер принимает ванну, и вздрогнула.

Но вот я услышала, как Патер тихонько похрапывает. Это был наш шанс сбежать.

Я повернула голову к Сиону и поняла, что мои губы почти соприкасаются с его губами.

— Ну, все слышал? – прошептала я.

— Конечно, – ответил он. – У меня слух острее, чем у тебя.

— Лирамор.

— Да, я слышал. – От его теплого дыхания в мою шею по коже у меня побежали мурашки. Мысли беспорядочно кружились в голове.

— Он слаб сейчас, – прошептала я. – Может быть, если я убью его, он больше не воскреснет.

— Попробуй.

Стук моего сердца громом отдавался у меня в ушах. Медленно, осторожно, дюйм за дюймом, я начала открывать дверцу шкафа, молясь, чтобы та не скрипнула. Затаив дыхание, выбралась из шкафа. На цыпочках подкралась к спящему. Луна освещала его старое, изможденное лицо. Он выглядел таким безобидным, но этот человек хотел убивать детей, приказывал казнить людей со сломанными конечностями. Нет, безобидным он не был.

Я коснулась его лба и задрожала как в экстазе, чувствуя, как жизнь покидает его тело. Как славно.

От моего смертельного прикосновения Патер вздрогнул, и на его коже проступили синие вены.

Я закрыла глаза, делая глубокий вдох. В моем воображении заплясали образы тел, засыпанных землей, затем колокольчиков и грибов, растущих из почвы. Темная эйфория текла от кончиков моих пальцев вверх по руке и достигла груди. Патер был мертв, но я не хотела убирать кончики пальцев, только не тогда, когда почувствовала, как в меня вливается эта сила. Я вздохнула. Сейчас я могла бы окутать весь мир мягким легким шлейфом смерти.