Книга Срочно замуж! или Демон в шоке, страница 17 – Елена Амеличева

— И ничего, - сказала севшим голосом. В горле пересохло, будто я час бежала по пустыне.

— А почему он не… - начал Шустрик. Подвигал бровями, многозначительно замолчал и покосился на то место, где только что стоял демон.

— НИЧЕГО.

Слово вылетело хлестко, как пощечина. Фамильяры переглянулись. Обменялись взглядами.

— Понятно, - сказал Пухлик, поправляя лапкой хвостик. - Кризис отрицания. Классика. Первая стадия - гнев, вторая - торг, третья - заедание сладким.

— Замолчите, - попросила их. - Пожалуйста. Просто… замолчите.

Я села на стул, который только что занимал демон. Медленно, осторожно, будто боялась спугнуть то, что осталось после него. Деревянная спинка еще хранила тепло - странное тепло, не жаркое, а глубокое, проникающее, будто он сидел здесь не пять минут, а час.

Передо мной стояла пустая тарелка.

Он съел всё. До последней крошки. До последней капли желтка, до последней веточки зелени. Я провела пальцем по гладкому фарфору, провела по ободку, собирая невидимую пыль, и вдруг улыбнулась. Сама не знаю чему. Может, тому, как он смотрел на мясо. Может, тому, как улыбнулся впервые. Может, тому, что в этой пустой тарелке было что-то большее, чем просто ужин.

— Спокойной ночи, Ваше Темнейшество, - шепнула в пустоту.

Тишина. Кухня молчала. Свеча оплывала, воск стекал по подсвечнику белыми слезами. Где-то за окном ухнула сова. Где-то в старых стенах скрипнула половица. Обычные ночные звуки. Обычная жизнь.

Но где-то в глубине особняка, на три этажа выше, кто-то, может быть, тоже не спал. Лежал в темноте, глядя в потолок, и думал о полыни и морозе. И о том, как вкусно может быть яйцо с мясом, если его жарили не просто так, а с чем-то еще.

С чем - я не решалась признаться даже себе.

Прижала ладонь к груди - туда, где все еще колотилось сердце. Туда, где на коже, в том самом месте, куда он едва не прикоснулся, все еще горел след. Невидимый. Неосязаемый. Но такой явственный, что хотелось потереть кожу - или, наоборот, сохранить это тепло навсегда.

— Дура, - сказала себе шепотом. - Полная дура.

Пухлик согласно пискнул из-под стола. Шустрик захихикал. Но я не обращала на них внимания. Я сидела на стуле демона, вдыхала остатки его запаха и улыбалась в темноту. Потому что впервые за долгое время мне было не страшно. Не одиноко. Не пусто.

Потому что кто-то съел мой ужин до последней крошки. И это значило больше, чем все слова в мире.

Я стояла посреди кухни с половником в руке и чувствовала себя круглой дурой.

Пустая тарелка. Пустой стул. Остывающий воздух, в котором еще держался запах полыни.

— Ты справилась, - сказала себе. - Ты удивила Верховного Демона. Ты его накормила. Ты отступила, когда он потянулся. Ты не рассыпалась пеплом, не провалилась сквозь землю и не ляпнула ничего лишнего.

Пауза.

— А потом он от тебя сбежал.

Половник в моей руке жалобно звякнул.

— Ш-ш-ш!

Я подпрыгнула.

Фамильяры налетели на меня - два разъяренных мохнатых комка с искрами из ноздрей.

— Ш-ш-ш-ш-ш! - Шустрик выпустил фонтанчик дыма. - Плюемся искрами!

— Плюемся! - подтвердил Пухлик и для убедительности чихнул крошечной молнией.

— Вы где были? - зашипела я. - Когда он вошел? Когда он сел? Когда он потянулся ко мне?

— Мы его отвлекали! - выпалил Шустрик.

— Честно! - добавил Пухлик.