Книга Страшилище, страница 59 – Марьяна Брай

— Батюшка, – начала я, собравшись с духом. – Помните наш разговор? Я подумала… может, и правда стоит попробовать помогать людям. Травами, отварами…

— А как же ещё? Стоит не только пробовать, надо уверенно браться, ибо Бог твоей рукой водит! – Отец Василий улыбнулся той особенной улыбкой, которая говорила больше любых слов. – Богоугодное дело задумала, Вера Николаевна. Поддержу.

Он поднялся, достал с полки бутыль с подсолнечным маслом, огляделся и, найдя небольшую крынку, налил туда немного масла. Добавил щепотку печной золы, размешал.

— А давайте-ка проверим прямо сейчас, – предложил он и позвал: – Тимошка! Иди-ка сюда!

Один из мальчишек, худенький, лет двенадцати, подошел, вытирая песок с рук.

— Вот, Тимошка, Вера Николаевна мазь приготовила. Говорит, может от твоей хвори помочь. Покажи-ка живот барышне, – твердо, но с улыбкой приказал священник.

Мальчик нерешительно поднял рубаху. Красные, шелушащиеся пятна покрывали кожу – псориаз, я сразу узнала эту болезнь.

— У братишки моего младшего то же самое, – пробормотал Тимошка с сомнением. – Чем только не мазали…

— А в Божью помощь веруешь? – строго спросил батюшка.

Мальчик испуганно перекрестился:

— Верую, батюшка! – и закрыв глаза, зашевелил губами.

Я осторожно зачерпнула немного «мази». Выбрала небольшое пятно, стараясь действовать так, чтобы не вызвать подозрений. Когда я касалась кожи, то старалась контролировать поток энергии – не излечить полностью, а лишь немного уменьшить воспаление.

Достаточно, чтобы показать действие, но не настолько, чтобы это выглядело чудом. Тимошка недоверчиво следил за моими движениями. Потом опустил рубаху, снова перекрестился и, получив разрешение батюшки, вернулся к работе.

Отец Василий смотрел на меня с пониманием. В его взгляде читалось одобрение и что-то еще – словно он знал больше, чем говорил. Мы допили чай в уютном молчании, каждый думая о своем.

Я размышляла о том, как удивительно складываются обстоятельства. Еще недавно я боялась своего дара, а теперь, благодаря мудрости этого простого священника, начинала видеть в нем возможность творить добро. Пусть даже приходится скрывать истинную природу исцеления за простыми травами и мазями.

— Приезжайте через неделю, Вера Николаевна, посмотрим, как подействовало, – сказал на прощание батюшка, и в его глазах мелькнула лукавая искорка.

Лучи солнца беспрепятственно пробивались сквозь тюлевые занавески, освещая кабинет отца. Вериного отца, это правда, но я больше не делила нас.

Иногда проскакивала мысль, что в один момент я проснусь дома. И всё это окажется неправдой. Или те силы, которые постарались в моем перемещении, снова задействуются.

Не хотелось бы, чтобы Вера вернулась в свое тело и обнаружила, что дома и в жизни полный бардак. Ведь отца ей, вероятно, не вернут.

Думая об этом, я методично разбирала книги – медицинские оставляла, остальные отправляла в библиотеку. Распахнутая дверь на веранду служила сегодня для Марфы опорным пунктом. Она как прознала, что я собралась учинить, нашла кучу дел на этой веранде.

Дворник Степан, кряхтя, переносил стопки тяжелых томов. Марфа появлялась в дверях, как тень, то и дело заглядывая с тревожным лицом.

— Верочка, может одумаешься? Опасно это… Силы-то не бесконечные, – в который раз начинала она.