Книга Панда в пене: Приключение, изменившее всё, страница 2 – Юлианна Славина

Именно тогда она услышала странный звук.

Сначала Юля подумала, что это кошка. Тихое шуршание, потом какой-то приглушённый стук, будто что-то опрокинули, затем жалобное фырканье. Звук доносился со стороны мусорных баков у дальнего угла двора, там, где тень от старого тополя делала и без того мрачное место почти театрально зловещим.

Юля остановилась.

Обычно разумный человек вечером, в темном дворе, услышав подозрительный шум из-за мусорки, делает одну из двух вещей: либо уходит, либо звонит кому-нибудь с фразой «тут что-то странное». Но у Юли, к сожалению или к счастью, с детства был один неисправимый внутренний механизм: если рядом кто-то, возможно, страдает, мимо пройти невозможно.

Она медленно подошла ближе, чувствуя, как в животе неприятно сжимается тревога.

— Кис-кис? — неуверенно позвала она, прекрасно понимая, что звучит глупо.

Шуршание прекратилось.

Потом что-то тяжело бухнуло по металлической стенке бака.

Юля вздрогнула.

— Так, — сказала она уже более строго, будто имела право требовать логики от неизвестного существа возле мусорки. — Если там крыса размером с овчарку, я сразу предупреждаю: у меня очень тяжёлый ноутбук.

Из-за бака высунулась чёрно-белая морда.

Юля застыла.

Несколько секунд мир вообще не двигался.

Дождь моросил. Фонарь мигал. Где-то далеко хлопнула дверь подъезда.

А Юля стояла и смотрела на… панду.

Настоящую. Живую. Чёрно-белую. С круглыми ушами, грязной шерстью, перепачканной мордой и огромными тёмными глазами, в которых одновременно читались подозрение, усталость и совершенно человеческая обида на жизнь.

— Нет, — тихо сказала Юля. Потом моргнула. — Нет-нет. Так не бывает.

Панда посмотрела на неё не менее выразительно, словно хотела сказать: мне, между прочим, тоже не очень понятно, как я докатилась до мусорных баков в этом дворе.

Зверь был не особенно большим — не гигантским, как в документальных фильмах, а скорее размером с очень упитанную среднюю собаку. Но это всё равно была панда. Во дворе. Возле мусорки. В России. В дождливый ноябрьский вечер.

Юля осторожно сделала шаг вперёд.

Панда тут же отступила, задевая боком пакет с чем-то подозрительно хрустким. Пакет порвался, и на мокрый асфальт высыпались картофельные очистки.

Панда посмотрела на очистки. Потом на Юлю. Потом снова на очистки.

И очень тяжело, почти трагически вздохнула.

— Господи, — пробормотала Юля. — Ты что, правда существуешь?

Она судорожно огляделась по сторонам, словно сейчас из кустов должен был выскочить оператор скрытой камеры. Но двор был пуст. Ни детей, ни подростков, ни соседей с телефонами. Только она, мусорные баки и загадочное существо, которое явно нуждалось в помощи.

Юля присела на корточки, стараясь не делать резких движений.

— Так, ладно. Спокойно. Я не знаю, откуда ты взялась. Я не знаю, как вообще такое возможно. Я даже не уверена, что у меня не начались галлюцинации от переработки. Но если ты не плод моего воображения, то выглядишь ты очень плохо.

Панда медленно моргнула.

Теперь, когда первый шок немного отпустил, Юля заметила подробности. Шерсть у зверя была свалявшейся и влажной. Белые участки посерели от грязи, а на одной лапе виднелся налипший мусор. Вокруг носа тёмные пятна были перепачканы чем-то жирным. Панда выглядела истощённой — не до болезненной худобы, но так, словно давно нормально не ела. И ещё она явно устала. Настолько, что даже не пыталась сбежать далеко.