Книга Панда в пене: Приключение, изменившее всё, страница 10 – Юлианна Славина

Юля попыталась подманить Марфушу яблоком. Затем творогом. Затем ласковыми словами. Затем строгими.

После пятой минуты переговоров ей стало казаться, что она участвует в секретной дипломатической миссии с очень упитанным и крайне недоверчивым послом.

— Марфуша, — сказала она, упираясь ладонями в колени. — Либо ты лезешь в сумку, либо остаёшься дома и до вечера успеваешь разобрать мне квартиру до бетонного основания. А я, между прочим, снимаю жильё. Мне залог не вернут.

Панда тяжело вздохнула.

Потом с видом мученицы залезла в сумку.

— Спасибо! — искренне обрадовалась Юля.

Марфуша немедленно высунула наружу голову.

— Нет.

Панда высунула ещё и лапу.

— Нет, я сказала.

Юля осторожно поправила края сумки так, чтобы морда всё-таки оставалась внутри, но был доступ воздуха. Получалось так себе. Сумка подозрительно шевелилась, слегка раздувалась и в целом производила впечатление, будто в ней перевозят не спортивную форму, а очень эмоциональную контрабанду.

Потом начался второй акт трагикомедии: одевание самой Юли.

Стоило ей отвернуться к шкафу, как из сумки донеслось шуршание. Когда она обернулась, Марфуша уже высунула голову и жевала шарф.

— Нет! Это мой хороший шарф!

Панда сделала вид, что не понимает обвинений.

Через минуту она добралась до шнурка от ботинка. Ещё через минуту — до рукава пальто. А когда Юля отвернулась за ключами, Марфуша каким-то образом вытащила из прихожей варежку и с выражением глубокого исследовательского интереса пыталась определить, съедобна ли она.

— Всё. Хватит. Ты собираешься на работу со мной, а не на археологические раскопки в шкафу!

Наконец, кое-как собравшись, Юля запихнула в рюкзак ноутбук, документы, кошелёк, влажные салфетки, бутылку воды, яблоко, контейнер с кусочками огурца и ещё творог — на всякий случай. Потом взяла сумку с Марфушей и тут же едва не села обратно.

— Боже мой. Ты сколько весишь?

Изнутри донеслось невозмутимое сопение.

— Нет, серьёзно. У тебя внутри что, ещё одна панда?

Спуск по лестнице был испытанием для спины, психики и социальной маскировки.

В лифт Марфуша по-прежнему не желала, так что Юле пришлось тащить сумку вниз по ступеням вручную, делая каждые полтора пролёта остановку и стараясь не кряхтеть слишком явно. На третьем этаже сумка возмущённо качнулась.

— Тихо, — прошипела Юля. — Мы шпионы.

Сумка недоверчиво шевельнулась.

На втором этаже навстречу вышел сосед-студент в наушниках. Он скользнул взглядом по Юле, по огромной сумке, которая странно подрагивала, и вежливо посторонился. В его глазах читалось, что утро у него ещё не настолько бодрое, чтобы анализировать чужую жизнь.

Во дворе всё стало ещё веселее.

Бабушка с таксой у подъезда посмотрела на Юлю и на сумку.

Сумка в этот момент чихнула.

Такса в ужасе гавкнула. Бабушка вздрогнула. Юля лучезарно улыбнулась той самой отчаянной улыбкой, какой улыбаются люди, скрывающие очевидное преступление против здравого смысла.

— Спортивный инвентарь, — сказала она.

Бабушка медленно кивнула, но явно решила, что либо спорт сильно изменился, либо она уже слишком стара для понимания современных тенденций.

До остановки Юля дошла на морально-волевых. Плечо оттягивало так, словно в сумке сидела не панда, а мешок кирпичей с характером. Марфуша периодически ворочалась, и тогда сумка начинала жить собственной жизнью. Несколько раз Юля была уверена, что вот сейчас молния не выдержит, и мир узнает о ней всю правду.