Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 92 – Ирэна Рэй

При одной мысли о четверной дуэли ей становилось дурно. Привыкнуть к тому, что Рокэ единственной достойной ставкой всегда считает свою жизнь, было невозможно.

— Когда дуэль? — глухо спросила она после небольшой паузы.

— Сегодня на рассвете.

Риченда нервно сглотнула и, унимая дрожь в пальцах, сказала:

— И если вы здесь, то они… мертвы, — догадалась она, не замечая, как снова перешла на «вы».

Дорак выпустил Килеана и Ариго из Багерлее, очевидно, не собрав достаточных доказательств их вины в беспорядках, но у Рокэ всегда были свои представления о чести и справедливости.

— Зачем столько смертей?.. — укоризненно спросила Риченда, качая головой.

— В Октавианскую ночь было больше, — с засквозившим в голосе раздражением и с так характерной порой для него жёсткостью ответил Рокэ. Нетерпеливо сталкивая с колен накрахмаленную салфетку, он стремительно поднялся и отвернулся к окну. — Долги нужно отдавать.

Риченда не нашла, что ответить, и повисло молчание. Неуютное, тяжёлое, начинающее затягиваться и пробуждающее в ней чувство вины. Риченда вспомнила об Оноре и Пьетро, умерших в ту ночь, о десятках отнятых жизней и всех ужасах, что творились тогда в городе, и поняла, что Рокэ прав. Зло должно быть наказано, и неважно, будет это суд или укол шпаги.

Герцогиня встала из-за стола и подошла к мужу. Рокэ смотрел застывшим бесцветным взглядом в распахнутое окно, за которым было белым-бело — в саду цвели яблони и черемуха.

— Рокэ, — позвала его Риченда.

Он повернулся к ней, хмуря брови одновременно вопрошающе и строго.

— Пожалуйста, прости меня, я… — она училась признавать свои ошибки, но лишь бы у него хватило терпения. — Я так боюсь потерять тебя. Особенно сейчас.

— Этого не случится, — слабо улыбнулся Рокэ, но лёд в его глазах стремительно таял.

Он поднял руку и, подступив к ней ближе, обнял за плечи, привлёк к себе. И в его крепких объятиях Риченде больше не было ни волнительно, ни страшно. Ей снова стало спокойно.

— Я не собираюсь умирать. Особенно сейчас, когда мне есть, к кому возвращаться.

Его Высокопреосвященство неподвижно стоял у окна, ожидая своего непредсказуемого союзника.

С Ворона станется сказать, что никого послания он не получал. Ошибка слуг и ничего более. Не приехал же он на аудиенцию к королю, предпочтя провести вечер с женой. Что ему помешает проигнорировать приглашение кардинала?

Сильвестр вглядывался в подступающую темноту. В чуткой вечерней тишине топот копыт по брусчатке Сильвестр услышал задолго до того, как всадник появился перед парадным подъездом. Алва спрыгнул со своего чёрного жеребца, не глядя бросил поводья подскочившему мальчишке-конюху, и стремительно поднялся по лестнице.

— Я уже отчаялся вас дождаться, — признался Дорак, невесело усмехаясь, когда Рокэ переступил порог кабинета.

— Приехал, как только позволили дела, — Алва вернул ему улыбку — лучезарной.

— Ваши дела, насколько я знаю, закончились к полудню. Сейчас уже вечер.

— Ваше Высокопреосвященство, вы всегда так осведомлены о моих делах, что я не совсем понимаю, зачем вы пригласили меня говорить о дуэли, о которой и так всё знаете. Ваши прознатчики не зря едят свой хлеб.

— И всё же у меня есть вопросы. Присаживайтесь. Приказать подать вина?

— Благодарю, — закинув ногу на ногу, Алва вольготно расположился в кресле и поинтересовался: — Так что интересует Ваше Высокопреосвященство?