Книга (не) Желанная. Сапфировая герцогиня, страница 49 – Ирэна Рэй

Хуан никогда не был разговорчив, но после тех месяцев, когда в отсутствие Рокэ Риченда осталась хозяйкой в доме, Суавес подчинялся ей беспрекословно. Она научилась доверять его чутью, ей даже казалось, что преданность кэналлийца своему соберано теперь распространялась и на неё.

— Говорят, что ночью умерли несколько человек. Те, которых вчера после диспута в Нохе благословлял святой водой агарисский священник.

— Невозможно! — опешила Риченда.

— Черноленточники во главе с епископом Авниром рыщут по городу в поисках проповедника. Грозятся убить его и тех, кто укрывает эсператистов. По ту сторону реки уже начались погромы, — сообщил Суавес и, словно в подтверждение его слов, до слуха Риченды донёсся едва слышный колокольный звон.

Риченда знала преподобного Оноре и то, что говорил Хуан, не могло быть правдой. Всё это дело рук Дорака. Сказавшись больным, сам он не явился на диспут, послав своего бешеного пса, но Оноре разбил Авнира в пух и прах.

«Это заговор», — поняла Риченда. Святую воду отравили. Кардинал очень удачно всё рассчитал, решив ударить, когда в городе, кроме немногочисленного гарнизона коменданта, больше нет военных — генерал Эмиль Савиньяк стоит с армией в летних лагерях. И Рокэ тоже, как назло, нет.

До улицы Мимоз добрались благополучно. Хуан приказал запереть ворота и выставить усиленную охрану. На лето в особняке оставалось немного людей, половину гвардейцев Рокэ отправил с Ричендой в Надор, остальные уехали с ним на родину.

Риченда поднялась в свои покои и только успела переодеться, как снова появился Хуан. На этот раз он действительно выглядел встревоженным.

— Там тот агарисский священник и с ним ещё двое. Они пришли с чёрного хода, просят вас.

— Ты их впустил?

— Да. Ожидают в нижней приёмной.

Риченда торопливо сбежала вниз. В одной из трёх фигур в серых плащах она узнала епископа Оноре.

— Ваше Преосвященство?

— Прошу простить нас за вторжение, сударыня, — сказал Оноре, снимая капюшон. — Но иного выхода не было.

— Я слышала о том, что случилось ночью, — закивала Риченда, всё ещё не понимая, зачем они пришли в дом Первого маршала, вместо того, чтобы как можно скорее покинуть город.

— Это брат Пьетро и брат Виктор, — представил он своих спутников. — Мы вынуждены просить убежища в вашем доме, — дрогнувшим голосом сказал священник.

Риченда растеряно оглянулась на Хуана. По его лицу она видела, что Суавесу совсем не нравится происходящее, но он молчал, предоставив ей самой принимать решение.

— Я понимаю, что подвергаю вас опасности, госпожа герцогиня, и мы немедленно уйдем, если…

— Нет, вы останетесь, — решительно заявила Риченда. — Вам нельзя в город. А здесь безопасно, никто не станет искать вас в доме Первого маршала.

— Будь благословенна, дочь моя. Сердце твоё преисполнено добра.

— Хуан, — Риченда повернулась к домоправителю. — Распорядитесь приготовить комнаты для наших гостей и пусть подадут ужин.

Суавес молча поклонился и ушёл исполнять приказы хозяйки.

— Благодарю, дочь моя, но мы не можем думать о пище телесной в то время, как гибнут наши братья. Наш долг молиться за души усопших и заблудших.

— Я провожу вас в часовню.

Оставив клириков в часовне, Риченда поднялась в свою спальню. Когда колокольный звон добрался до церкви Святой Мартины, а в окна потянуло дымом пожарищ с того берега, тревога девушки возросла.