Книга Тень против света, страница 22 – Сира Грин

Пакет с продуктами впивался ручками в ладонь — пришлось поставить его на пол. В сумке нашлась связка ключей — шесть штук. Я невольно скривилась. И зачем мне столько? Словно я когда-то жила в крепости с кучей секретов.

Первый ключ не подошёл.

Второй — тоже.

Третий застрял — я дёрнула его с раздражением, и он вышел с неприятным скрежетом.

Четвёртый болтался в замке свободно, насмехаясь.

Пятый даже не приблизился.

Оставался последний.

Я только поднесла его к скважине, как дверь слева распахнулась — резко, с такой силой, что воздух качнулся.

В проёме стояла высокая девушка — и если бы ведьмы из старых сказок решили поселиться среди людей, она бы точно возглавляла их ковен. Огненно-рыжие кудри падали на грудь тяжёлыми волнами, зелёные глаза — хищные, почти светящиеся — впились в меня так, будто могли прожечь кожу насквозь. В этом взгляде не было ни удивления, ни любопытства. Только холодное, почти осязаемое презрение и чёткое послание: «ты здесь лишняя».

Я ещё домой зайти не успела… Когда же я успела её так взбесить?

Гадать не пришлось. По одному этому взгляду было ясно: приятельницами мы никогда не были. И судя по всему — никогда не станем.

— Вернулась? — её губы сложились в полукривую усмешку, почти презрительную. — Где ты шлялась?

Она небрежно облокотилась на дверной косяк, скрестила руки на груди, словно наблюдала за чем-то неприятным, но неизбежным.

— Ждала меня, что ли? — я развернулась к ней, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она сначала вскинула бровь — будто я сморозила что-то абсурдное, — потом нахмурилась, почти оскорблённо.

— Не слишком ли много чести для такой, как ты? — фыркнула она, и в голосе сквозило презрение, острое, как лезвие.

— Тогда зачем спрашивать, где я была? — я ответила такой же кривой улыбкой, но внутри что-то глупо, болезненно дрогнуло — искорка надежды ударила под рёбра, как забытая привычка. — Меня что, искали?

Я заранее знала, что ответ будет ударом, но всё равно спросила. Потому что где-то в глубине всё ещё теплилась идиотская вера: вдруг кто-то беспокоился. Вдруг кто-то заметил моё отсутствие.

— Тебя? — Она медленно смерила меня взглядом сверху вниз. — Сомневаюсь. Ты только мешаешь. Слишком шумная.

И дверь захлопнулась перед моим носом — резко, окончательно, будто поставив жирный, неоспоримый штамп: нет.Да уж… не думаю, что я настолько ей мешала. Но настроение она подпортила идеально — одним взглядом, одним словом, одним щелчком замка.

Я стояла ещё несколько секунд, глядя на закрытую дверь, и чувствовала, как внутри что-то тихо, почти беззвучно треснуло. Горькое подтверждение: я вернулась домой — и дома меня никто не ждал. Кроме тишины. И чужого презрения за стеной.

Я медленно повернула ключ в замке. Щелчок прозвучал неожиданно громко в пустом коридоре.

Дверь открылась.

* * *

Я вошла внутрь, затащив пакет с продуктами в коридор. Он встретил меня светом и простором — высоким потолком, светлыми стенами и той особенной тишиной, которая бывает только в местах, давно покинутых людьми. Мягкая, гулкая, с едва уловимым эхом шагов. Я сняла обувь — босые ступни коснулись прохладного паркета — и прошла дальше.

Справа — ванная, маленькая, но аккуратная, с запахом сладкого мыла и влажной плитки. Чуть дальше — большая кухня, залитая дневным светом из окна во всю стену. За ней — просторная гостиная с выходом на балкон, где уже зеленели молодые листья в горшках. В самом конце коридора — спальня: меньше гостиной, но уютная. Широкая кровать с тёмно-серым покрывалом, панорамное окно от пола до потолка, встроенный шкаф, письменный стол у окна.