Онлайн книга «Тень против света»
|
Ирония ситуации граничила с издевательством. Обычно в моей жизни всё происходило с точностью до наоборот. Женщины из кожи вон лезли, чтобы оказаться рядом, выдумывали нелепые предлоги, лишь бы задержаться в дверях, растягивали пустые разговоры и отчаянно цеплялись за моё внимание лучезарными улыбками. А эта — захлопывает двери перед моим носом, стоит мне сделать робкий шаг навстречу. Единственный надёжный способ вызвать у неё хоть какую-то живую, искреннюю реакцию — это намеренно вывести её из равновесия. Только в ярости она по-настоящему оживает: огрызается, язвительно мечет колкие фразы и всеми силами демонстрирует, насколько я ей безразличен. Что ж, пускай так. Даже её жгучий гнев в сто раз предпочтительнее этой ледяной, высасывающей душу пустоты. Я сжал кулаки, чувствуя, как глухое, вибрирующее напряжение поднимается от груди к самому горлу. Чёрт, я просто не в силах быть сдержаннее, как бы ни взывал к рассудку! Один взгляд на неё — и внутри всё вскипает неконтролируемым потоком. До безумия, до дрожи хочется вытравить из неё это притворство, увидеть на её лице хоть что-нибудь подлинное. Злость? Прекрасно. Раздражение? Пусть будет так. Насмешку, мимолетную улыбку, глубокую печаль — да что угодно, лишь бы не это высокомерное, отстранённое равнодушие, будто меня для неё вовсе не существует в этой вселенной. Я слишком тороплю события. Это очевидно даже мне. Нужно притормозить, дать ей глоток пространства, время, возможность просто дышать. Если я продолжу давить с прежним фанатичным упорством — она лишь глубже закроется в своей броне, и тогда я потеряю её окончательно, так и не достучавшись. Только сейчас я заставил себя наконец оглядеть номер. Небольшой коридор с массивным ростовым зеркалом и шкафом плавно переходил в просторную комнату, залитую мягким, ещё робким утренним светом. Светлые пастельные стены, широкая кровать с безупречно натянутым покрывалом, уютное кресло у окна и низкий кофейный столик. Всё вокруг выглядело безмятежно. Слишком спокойно и правильно для того хаотичного урагана мыслей, что бушевал у меня в голове. Я бросил короткий взгляд на часы — ровно семь утра. Слишком рано, чтобы отправляться к тому подозрительному особняку. Даже если за его массивными дверями уже кто-то бодрствует, подобные заведения предпочитают открывать свои врата позже, когда город окончательно стряхнёт с себя липкие остатки сна. Я принял решение переждать хотя бы до девяти — это время казалось разумным компромиссом между нетерпением и здравым смыслом. Я снова опустился на край кровати, но расслабиться так и не вышло. Мысли, словно зацикленный, неумолимый механизм, по кругу возвращались к ней. К той запертой двери напротив. К её колючему, пронизывающему взгляду, за которым она прятала свою уязвимость. К этому вечному, изматывающему ощущению, что между нами всегда остается один-единственный шаг, который она — и только она — с непоколебимым упрямством не даёт мне сделать. Я мерил шагами комнату, чувствуя, как время густеет, превращаясь в патоку. Ожидание всегда было моей слабой стороной, особенно когда на кону стояло не просто задание, а нечто, чего я сам до конца не мог облечь в слова. * * * Путь до особняка занял не более десяти минут, но за это короткое время я успел окончательно разомлеть под тяжёлыми лучами утреннего солнца. Зной выдался нещадным: светило палило во всю мощь, превращая воздух в плотную, перегретую субстанцию, которую, казалось, можно было ощутить кожей. Город вокруг замер в своей неторопливой, почти сонной неге: редкие прохожие с запотевшими стаканами кофе, ленивые псы на натянутых поводках — вся эта атмосфера абсолютной безмятежности чудовищно контрастировала с той бурей, что не утихала в моей душе. |