Книга Тень против света, страница 142 – Сира Грин

Но в какой-то момент моё внимание, словно магнитом, приковало одно конкретное здание.

Двухэтажное, массивное и подчеркнуто основательное, оно словно намеренно дистанцировалось от легкомысленного соседства частных вилл. В его строгом облике причудливо переплелись музейная аскетичность, изящество художественной галереи и холодный пафос элитного банкетного зала. Просторный двор являл собой истинный шедевр ландшафтного искусства: сложные каскады зелени, ювелирно подстриженные кустарники и фонтаны, в которых мириадами искр дробился утренний свет. Идеально отполированные мраморные дорожки уводили в глубь сада, к застывшим в безмолвии каменным изваяниям.

И главное — энергия.

Густая, демоническая, пульсирующая мощь. Она была настолько концентрированной, что буквально ударила в нос, как резкий запах одеколона, и прокатилась по телу вибрирующей, тревожной волной. В висках мгновенно заломило от резонанса, а нервы натянулись, словно тетива. Сомнений не оставалось: наша цель затаилась именно здесь.

— Не подскажете, что это за место? — я кивнула в сторону особняка, стараясь, чтобы мой голос звучал как праздное любопытство заезжего туриста.

Водитель мельком взглянул в зеркало заднего вида и понимающе усмехнулся:

— На первом этаже там располагается частный музей, — охотно пояснил он, крутя руль. — А весь второй занимает роскошный банкетный зал с собственной галереей. В последнее время это, пожалуй, самое статусное место в городе, там постоянно устраивают закрытые званые вечера. Если задержитесь у нас — искренне советую заглянуть. Там всегда невероятный ажиотаж.

— С чего бы вдруг такая популярность у обычного музея? — подал голос Идо, и я кожей почувствовала, как он внутренне подобрался, превращаясь из расслабленного спутника в сосредоточенного охотника.

— Может, прозвучит как городская легенда, — мужчина на мгновение обернулся к нам, не сбавляя хода, — но все, кто там бывал, в один голос твердят: хозяин этих вечеров — колдун! Болтают, будто он видит будущее насквозь и исполняет самые сокровенные, потаённые желания. Сам я туда, понятное дело, не вхож, — он усмехнулся, крутя руль, — приглашения разлетаются за считанные минуты, да и ценник, мягко говоря, кусается. Но мой близкий приятель захаживал. Клянётся, что всё — чистая правда.

Мы с Идо обменялись коротким, красноречивым взглядом. В этом безмолвном контакте читалось всё: охота началась.

— Весьма любопытно, — заметил Идо, и в его глазах вспыхнул знакомый мне азарт хищника. — А вам случайно не известно, когда планируется следующий приём и как вообще попасть в эти списки?

— Увы, — водитель сокрушённо качнул головой. — Знаю лишь, что нужно внести внушительный депозит и забронировать место заранее. Закрытый клуб, сами понимаете — чужаков там не жалуют. Лучше загляните туда днём, когда открыты двери музея, и разузнайте всё на месте у администраторов.

— Поняли, спасибо за наводку.

Машина плавно затормозила у нашего отеля. Здание оказалось одним из немногих высотных акцентов города — элегантный светло-бежевый корпус с огромными зеркальными окнами, в которых золотом плясало утреннее солнце. Перед парадным входом раскинулся уютный внутренний дворик, больше напоминающий потаенный сад: безупречно вымощенные дорожки, раскидистые пальмы в массивных кадках и лазурный зев бассейна. Вода в нём была настолько неподвижной, что казалась пластом отполированного стекла, в котором застыло бездонное небо.