Книга Хочу свести тебя с ума, страница 90 – Анна Белинская, Ана Сакру

Не сомневаюсь, что у Рязанцевой с ее звездным статусом и достаточно вспыльчивым характером немалое количество «доброжелателей», поэтому это мог сделать кто угодно.

Кто угодно, но точно не Лина. В этом я уверен так же, как в своем имени.

Знакомые всхлипы облегчают задачу, когда, повернув голову на звуки, в беседке вижу Соню и Сему. Они сидят бок о бок, и мой лучший друг обнимает мою бывшую за плечи. У меня внутри ничего не шевелится. Эта картина вызывает во мне равнодушие, и даже София, которая десять минут назад оскорбляла мою девушку и сдала меня со всеми потрохами, не вызывает во мне никаких особых чувств. Я даже толком не злюсь на нее. Ничего.

Единственное, что я хочу – разобраться в этом дерьме. Для Лины. Да и для Сони в том числе.

Первым меня замечает Ким. Он мгновенно приосанивается, косится исподлобья.

Если друг думает, что мне не безразлично видеть их вдвоем, пусть расслабится – мне плевать. Главное, чтобы не сточил зубы о Соню. Но Сема всегда был в ладах с головой. Думаю, он знает, что делает.

Я не стараюсь быть незаметным. Наоборот, двигаюсь достаточно шумно, чтобы привлечь внимание не только Семена, но и Софии. Она вздрагивает и поднимает на меня глаза. Заплаканное красивое лицо. Сейчас настоящее, без масок и королевского величия. Такое, какое бывает у Сони, когда она в кругу самых близких, а не на виду. Гордо и без ошибок столько лет величественно нести себя как знамя – непростая работа. Я знаю, сколько труда составило Рязанцевой стать и быть той, кому стараются подражать, но в то же время кого некоторые искренне ненавидят. Сегодня ее трон слегка пошатнулся, но я думаю, она справится. И я хочу ей помочь. Даже несмотря на то, что она подкинула мне дерьма на вентилятор.

— София, расскажи, что знаешь, – начинаю с разбега. Я здесь не для того, что тянуть кота за яйца. Нам всем поскорее нужно разобраться со всем этим.

Рязанцева хмурится. Подбирается и снова надевает на себя маску стервы.

— Лучше спроси…– фыркнув, заводит прежнюю пластинку она, но я раздраженно пресекаю:

— Соня!

— Паш, харэ, тормози…– впрягается Сема, подаваясь корпусом вперед.

Я, конечно, оценил гребаное джентльменство друга. Посылать его на хер у меня нет желания, поэтому посылаю ему, вероятно, слишком говорящий взгляд, после которого Ким решает смолчать, недовольно кивнув.

Подтягиваю штанины джинсов и усаживаюсь на корточки перед Софией. Требовательно смотрю ей в глаза.

— Соня, я хочу разобраться в чем дело. Я примерно понимаю, в какой момент были сделаны эти скрины. Я не знаю, как так вышло, что у Паулины была включена камера, видимо, она как раз стрим вела и открыла дверь, не зная, что там ты. Но главное, я нисколько не сомневаюсь, что слить эти снимки, чтобы навредить тебе, она не могла. Она на такую подлость не способна.

— Ты так хорошо успел ее узнать? – с усмешкой спрашивает София.

— Да, – отвечаю сразу. Мне не требуется времени на ответ. Он очевиден.

— Быстро вы…– фыркает Рязанцева.

— Знаешь, когда Лина боялась, что ты будешь ей вредить в профкоме, я сказал про тебя то же самое, а именно, что ты, Сонь, не способна на подлость. Это ведь так? Считай, что у меня чуйка, – решаю немного задобрить ее скрытым комплиментом.

Помогает. Рязанцева обижена, унижена, оскорблена и очень зла, но взгляд ее хоть немного теплеет и становится задумчивым, переключаясь в более продуктивное русло.