Онлайн книга «Гадалка для холостяка»
|
Местом, в которое, по всей вероятности, еще не успела добраться клюквенная наливка, я туго, но соображаю, что пора заканчивать волновать старый курятник, в котором всего один старых петух, и продолжить наедине. — Яна, Ян, — отдираю от себя девушку, недовольно стонущую мне в губы. Она закрытыми глазами, словно котенок, тянется к моему лицу и вытягивает губы трубочкой. Заторможенно моргая, рассматриваю расслабленное багряное лицо Яны и заправляю растрепавшиеся волосы за ушки. — Ммм, — мычит и лезет целоваться. Целую малышку в лоб, получая не одобряющий стон под бурные аплодисменты присутствующих: — За молодых! — кто-то выкрикивает, и звон фужеров заставляет Яну открыть глаза. Девушка осоловело обводит окружающих пьяным взглядом, а затем довольно прихватывает свой фужер с наливкой. Одной рукой удерживаю Яну за талию, а второй пытаюсь выдернуть у нее бокал. Мои руки меня не слушаются. Мои движения нерасторопны и асинхронны с головой, потому что в ней еще есть небольшой просвет разума, а в теле — полный отказ тормозов. Я не ощущаю ни пола под ногами, ни связи с действительностью. Яна смешно надувает губы и крутит головой, давай понять, что бокал не отдаст, крепко сжимая его в руке. Наша борьба за фужер заканчивается моей победой и, расплескав под наш неконтролируемый смех наливку, ставлю бокал от Яны и от себя подальше. Уверен, что нам достаточно, потому что впереди брачная ночь, которую я планирую запомнить. — Ну почч-чему? — хнычет малышка, когда у нее не получается сначала дотянуться до наливки, а после до моих губ. — Я хх-хочу еще, — требовательно топает ножкой. — Еще! Горько! Ну-ка все вместе — горько! — Горько! — подхватывает, кажется, ба, а следом весь зал. Я не успеваю моргнуть, как мою тушу наклоняют и в мой рот жадно впиваются губы Яны. Я не сопротивляюсь. Я пьян, но не идиот. Потому как только идиот откажется от вкусного рая. — Ммм, — стонем друг другу в языки, переплетаясь ими. Зарываюсь в мягкие волосы пальцами, упираясь бедром в стол в качестве опоры. — … семь…восемь… — Мои соколики… — А глаза-то у невесты какие! Прямо колдовские! Тьфу на вас! — Ну жди теперь, Рудольфовна, внуков! — Давай, Платоныч, заводи нашу! Гул, шум, песни и пляски, тысячи «Горько!» и какие-то пожелания. Расцеловывания Рудольфовной в щеки в прихожей, взмахи платочков и слезы умиления, свадебный марш под гармонь и полная готовой едой впаренная сумка со словами: — На завтрак будет. Ступайте голубки, такси ждет… А дальше темный салон машины, задние кресла, губы Яны, блуждающие по моему лицу и мои руки под ее платьем… Вопрос таксиста: «Куда?» И мой ответ: «Домой!». Скорее домой. Скорее… Иначе из моих джинсов повалит дым… Скорее, когда ладошка моей невесты сжимает мой пах до мушек в глазах и бомбочек в крови, взрывающихся раскаленным желанием… Долбанный лифт, который тянется со скоростью муравья-инвалида… Стоп-кнопка, потому что нет сил больше ждать… И извивающееся тело, которое я прижимаю к зеркальной поверхности… Но нет… торможу себя и её… не здесь… — Илья-яя, — стонет нетерпеливо Яна. Проклятый дверной замок, который не хочет открываться… Темнота квартиры, которая заводит и обостряет прикосновения и ощущения… Алчные поцелуи Яны в шею, подбородок… Укусы, потому что долго не могу разуть себя… |