Книга В годовщину развода. (не)бывшие, страница 17 – Слава Зорина

Но я должна справиться. Ради детей. Ради себя. Я не имею права сломаться.

Даже если с каждым днем это становилось все труднее.

Вадим

Я приехал за Соней в среду вечером, как обычно. Дверь открыла Людмила Сергеевна, явно вписавшаяся в их будни органично, как будто всегда здесь присутствовала.

— Добрый вечер, — она улыбнулась приветливо. — Проходите, Софочка уже собирается.

Я вошел в прихожую, огляделся. Пахло чем-то вкусным — яблочным пирогом, что ли. Соня выбежала из комнаты с рюкзачком на плече, бросилась мне на шею.

— Папа!

Я подхватил ее, закружил, и она засмеялась — звонко, радостно. Этот смех был единственным, что держало меня на плаву последние недели. Видеть дочку счастливой, обнимать ее, чувствовать, что хоть для нее я все еще важен.

— Привет, солнышко. Готова ехать?

— Готова! Мы сегодня в парк пойдем?

— Конечно. Сначала поужинаем, а потом в парк.

Людмила Сергеевна помогла Соне надеть куртку, поправила шапочку.

— Ведите себя хорошо и слушайся папу.

— Буду, Люда!

Мы спустились к машине, я пристегнул дочку в детском кресле. Она болтала о садике, о новой подружке Кате, о том, как они вместе играли в принцесс. Я слушал вполуха, кивал, улыбался в нужных местах, но мысли были о другом. О Ясе, которая выглядела все хуже с каждой нашей встречей. О том, что я разрушил нашу семью явно думая не тем местом и теперь расплачиваюсь за нее каждый день.

Приехав домой мы вместе приготовили любимую еду Софии — макароны с сосисками. Она ела с аппетитом, размазывая кетчуп по тарелке и рассказывая про мультики, которые смотрела с Людмилой Сергеевной.

— А Даша сказала, что такие мультики глупые, — бросила она между делом, и я замер с вилкой на полпути к рту.

— Что?

— Даша. Она говорит, что мультики для малышей, а я уже большая.

Я положил вилку, наклонился ближе к дочери.

— Соня, когда Даша это сказала?

Она пожала плечами, откусила кусок сосиски.

— Не помню. На днях.

— На днях? Ты ее видела?

— Ну да. Она иногда приходит, когда мама на работе.

Приходит⁈ Как это — приходит?

— Солнышко, ты уверена? Даша, твоя бывшая няня, правда приходит к вам домой?

Соня кивнула, продолжая жевать.

— Ага. Она заходит и говорит, что проведывает меня. Но просит не рассказывать маме, потому что мама обидится.

Я откинулся на спинку стула, пытаясь переварить услышанное. Даша приходит в квартиру Яси. У нее есть доступ к дому, к моей дочери. Но как? Яся же сменила замки, я точно помню, она говорила об этом.

— А Люда знает, что Даша приходит?

— Не-а. Даша говорит приходить, когда Люда, — она замялась, — в туалет ходит. У нас есть знак особый, я вывешиваю в окошко колготки, красные. И тогда она появляется, как фея, совсем ненадолго.

— И что Даша делает, когда приходит?

Соня задумалась, покрутила вилкой макаронину.

— Ну, разговаривает со мной. Играет немножко. А еще она открывает окошко, чтобы проветрить. И говорит, что я могу попробовать конфетки из маминой аптечки, они вкусные.

— Соня, послушай меня внимательно, — я взял ее за руку, посмотрел в глаза. — Даша больше не работает у нас, она не должна приходить к вам домой. Если увидишь ее снова, сразу скажи маме или Люде. Хорошо?

Дочка нахмурилась.

— Но Даша хорошая. Она говорит, что скучает по мне.

— Может быть. Но все равно — скажи маме, если она появится. Обещаешь?