Книга В годовщину развода. (не)бывшие, страница 18 – Слава Зорина

— Хорошо, пап.

Мы доели ужин, я собрал дочку на прогулку в парк, но мысли крутились вокруг одного. Даша зачем-то сталкерит мою семью, у нее есть доступ в квартиру, где живет моя беременная жена и дочь, она провоцирует Соню на опасные поступки… Но что значит детское слово, без свидетелей против, если до этого дойдет, слова давно уволенной няни? Нужны доказательства… Если скажу Ясе, она подумает, что я врубаю манипуляции или хочу сближения… Нет, я, конечно же, хочу, но не таким способом. Мне нужно что-то конкретное…

На следующий день я взял отгул на работе и поехал в магазин электроники. Купил четыре мини-камеры с Wi-Fi, размером с монету. Продавец объяснил, как их устанавливать, как подключать к телефону, чтобы смотреть запись удаленно.

Я понимал, то, что собираюсь сделать, незаконно. Установка камер слежения в чужой квартире без разрешения — это вторжение в частную жизнь. Но что мне оставалось? Если Даша правда делает то, о чем говорит Соня, моя дочь в опасности. И я не могу сидеть сложа руки.

В пятницу утром я позвонил Ясе.

— Что-то случилось? — она звучала замучено.

— Нет, просто хотел спросить… Соня оставила у меня игрушку. Можно я завезу ее сегодня днем, пока вас нет дома? У меня встреча рядом с вашим районом.

Пауза.

— Какую игрушку?

— Зайца. Пушка.

— Он здесь, Вадим. Она его не оставляла.

Черт. Я облажался.

— Точно? Мне показалось… ладно, наверное, перепутал.

— Ты в порядке?

— Да, просто много работы. Извини, что побеспокоил.

Я положил трубку, выругался про себя. Придется действовать по-другому. В субботу днем, когда заберу Соню, попрошу зайти в квартиру за чем-нибудь. За ее книжкой или рисунком. И установлю камеры тогда.

Суббота. Я приехал за дочкой в десять утра. Яся открыла дверь сама — бледная, с синяками под глазами. Беременность явно давалась ей тяжело, и мне хотелось обнять ее, сказать, что я рядом, что помогу. Но я не имел права, я сам во всем виноват.

— Привет, — сказала она сухо.

— Привет. Соня готова?

— Почти. Она забыла раскраску в комнате, пойду принесу.

— Подожди, я сам схожу. Помню, где ее комната.

Яся колебалась, но кивнула. Я прошел по коридору, зашел в Сонину комнату. Быстро установил одну камеру за шкафом, вторую — на книжной полке за игрушками. Камеры были крошечными, незаметными. Потом вышел в гостиную, сделал вид, что поправляю шнурки, и прикрепил третью камеру под журнальным столиком. Четвертую засунул за кухонный шкафчик, когда попросился попить воды.

Все заняло минут десять. Я вернулся с раскраской, отдал Соне, и мы уехали. Гребаный Джеймс Бонд, я только что установил скрытые камеры в квартире бывшей жены. Если она узнает, я труп!

Но если Даша действительно делает то, о чем говорит Соня, у меня будут доказательства.

В воскресенье вечером, когда отвез дочку домой, я вернулся к себе и открыл приложение на телефоне. Записи начали накапливаться с субботнего вечера. Я перемотал на понедельник — день, когда Яся на работе, а Людмила Сергеевна с Сонечкой ушли на прогулку.

Сначала ничего не было. Пустая квартира, тишина. Потом, в два часа дня, входная дверь открылась.

Я замер, уставившись в экран.

В кадре появилась, мать его, Дашка! Светлые волосы, узкие джинсы, кожаная куртка. Она зашла, закрыла дверь за собой, огляделась. У нее были ключи!! Откуда, черт возьми, у нее ключи⁈