Книга Рождественское чудо, страница 1 – Таша Робин

Когда мы встретились впервые, я ехала в поезде, и мой маршрут прокладывался в столицу России, в Москву. Мы были в одном купе, и я до купидончиков стеснялась, не понимая, как я буду спать в купе, с незнакомым мне мужчиной. Мне было двадцать три, а ему лет двадцать пять, если не больше. Мы были в чём – то похожи, я блондинка, и он блондин. У меня глаза зелёные, и у него глаза, серо – голубые. В чём схожесть глаз, я не знала, но он заметил меня, когда я разглядывала его глаза, и обронил фразу, которая меня не только обидела, но и оттолкнула от него.

— Невежливо так пристально разглядывать незнакомых вам мужчин, - Я тогда ничего не ответила, и передумала его рисовать. Я была художником, начинающим, но перспективным, и мне до купидончиков хотелось нарисовать этого мужчину. Почему? Понравился, наверное.

— Ань, - Голос принадлежал моей маме, и я вывернула голову, посмотрев на средних лет шатенку. Вот как так, она шатенка, а я блондинка, ах да, у меня отец блондин.

— Что? – Задала я вопрос, и вернулась к своему мольберту. Я жила в Санкт – Петербурге, а мне хотелось опять съездить в Москву. Я не любила этот город, но что – то меня туда тянуло.

— Не хочешь мне помочь?

— С чем? – Задала я опять вопрос, гадая, с чем же моей маме надо помочь на этот раз. Моя родительница была дамой креативной, и каждый раз, пыталась перепрыгнуть собственную голову, этой привычкой, я пошла в неё.

— У меня сегодня три заказа, возьми машину отца, отвези, пожалуйста, первый тортик? – Я вздохнула и отошла от мольберта, сожалея, что я не живу одна.

— Давай свой тортик, - Сказала я, принимая большущую коробку, с шоколадным тортом. Я дочь кондитера, и художника, и вот талантом рисовать, я пошла в обоих родителей.

На меня смотрел тот самый мужчина, и я чуть было не улыбнулась, но вспомнила, что он обидел меня в поезде в Москву.

— Вы меня преследуете?

— Что? – Не поняла я, и заметила блондинку, которая тоже поспешила к нам, сказав, что это её тортик. Я передала заказ матери, сказала, чтобы мне поставили подпись о том, что я этот шедевр доставила, и почти ушла, когда меня окликнул голос незнакомца.

— Вы курьер? – Спросил он меня, и я развернувшись, сказала, что нет.

В следующий раз, мы встретились в моём университете, и уже я сказала, что он меня преследует, меня даже не услышали, или не захотели услышать, и просто пожав плечами, я пошла к себе в корпус, к художником.

— Ань, ты работу принесла?

— Да, - Ответила я, и вытащила свой органайзер, передавая его нашему руководителю.

— Как обычно хорошо, - Сказал он мне, и я скривила губы, я не хотела хорошо, я хотела отлично.

— Так вы художник, - Вдруг услышала я, и резко развернулась на каблучках, уткнувшись носом, в чужую грудь.

— Я курьер, - Ответила я, и машинально отошла, убирая прядь своих волос.

— Ань, ты где? – Ко мне подошёл мой брат, и мы оба ушли на пару. Я художник, Женя актёр, но мы всегда бегали вместе, так как мы были погодками.

— Вы курьер – художник? – Снова появился на моём горизонте этот мужчина, и я уже не выдержала, спросив прямо, что ему от меня надо, - Я хотел извиниться, вы моё лицо разглядывали, я думал, что вам понравился, поэтому так ответил, а сейчас понимаю, что, скорее всего, вы просто оценивали меня с точки зрения художника. И как я вам? – Я чуть не присела, чтобы оценить всю степень, данного нарциссизма.