Книга Английская жена, страница 66 – Эдриенн Чинн

Сев на край кровати, Сэм прикрыл глаза. Усталость сковала все его тело. Прижав пальцы к глазам, он зевнул. Как бы мне хотелось, чтобы ты была здесь, Уинни. Если бы ты была здесь, ничего бы не произошло.

Совсем другое лицо всплыло в его сознании. Софи. Она ничуть не похожа на Уинни. Ничуть. Но его смешат ее странные чопорные манеры. Этот смех раздражает ее. И ему становится еще смешнее. Это как кататься на карусели – не расслабишься ни на миг.

Он взъерошил волосы. Почему ты ушла, Уинни? А теперь появилась Софи, и я просто не знаю. Я просто не знаю. Так не должно было случиться.

Он посмотрел вниз на спящую дочку. Прости меня, Уинни. Прости.

Норидж, Англия, 27 апреля 1942 года

Звук застал ее врасплох. С августа стояла такая тишина, что казалось, будто война решила пройти стороной. И опять – внезапный рев двигателя и самолет, перечеркивающий небо, точно молния. Кровать содрогнулась, со стены над комодом упало зеркало, его осколки осели в ворсе старенького персидского ковра.

Истошно завыла сирена, еще один самолет с ревом пролетел прямо над домом, держа курс на запад. Это наши. Что-то сейчас будет.

Элли бросила на покрывало новый роман Дафны дю Морье и вскочила с кровати. Откинув затемняющую штору, она увидела небо, пронизанное лучами прожекторов, где, точно птицы, метались силуэты вражеских самолетов. Ожившие зенитки выплевывали в них снаряды. Стая металлических птиц становилась все больше, рев нарастал, бомбы со свистом сыпались на спящий город.

— Дотти! – споткнувшись о свои туфли-лодочки, Элли распахнула дверь в детскую. – Дотти!

Бледная дрожащая сестра, облаченная в мягкую фланелевую сорочку, уже стояла на пороге, прижимая к себе кошку.

— Где папочка?

— У него сегодня встреча в Красном Кресте. Должен был вернуться к десяти. Он найдет убежище там, не волнуйся.

Где-то невдалеке со свистом пролетела бомба. На мгновение все затихло. Сестры замерли. Еще через мгновение, сотрясая дом, раздался оглушительный взрыв, совсем рядом, в саду. Стекла фонтаном посыпались на покрытые ковром ступени. Резко потянуло холодом. Вторая бомба рассекла воздух и глухо стукнулась о землю рядом с первой. Тишина.

— Она не взорвалась, Элли! – крикнула Дотти и схватила сестру за руку.

— Поторопись, Дотти. Мы должны добежать до подвала.

Прижавшись друг к другу, они сидели вместе на одном кресле в подвале. Кошка свернулась калачиком рядом и, казалось, не обращала внимания на взрывы, разрушавшие город. Помещение было узким, но с довольно высоким кирпичным потолком. В прохладном влажном воздухе ощущалась легкая затхлость и аромат сушеного лука. Элли натянула себе и Дотти на головы серые одеяла, стараясь хотя бы немного приглушить какофонию бомбежки прямо над ними.

— Тут так темно, Элли.

Девушка обняла младшую сестру – та дрожала.

— Темно. Но нельзя включать свет, пока все не закончится.

— Я так хочу, чтобы папочка был тут с нами.

— Не волнуйся за него. Он уже прошел одну войну целым и невредимым, пройдет и эту. Его нельзя убить.

— Как ты думаешь, Джордж тоже там, дежурит у какой-нибудь зенитки?

— Полагаю, да. Помогает подносить снаряды. Ему никто не доверит стрелять из-за его глаза.

— А что у него с глазом? Он выглядит так же, как и здоровый.

— Это из-за каштана.

— Каштана?