Книга Английская жена, страница 35 – Эдриенн Чинн

Софи кивнула.

— Хорошо. Бекка, смотри, тут стоит поменять буквы местами: БЕРН.

Девочка вздохнула и исправила: «БЕРН».

— Молодец, Софи. – Элли свернула картон и перетянула его резинкой. – У тебя здорово получается.

Софи положила мобильник в карман бархатного жакета, который висел на спинке стула.

— В Лондоне все под контролем, с Нью-Йорком сейчас ничего не сделаешь, так что учите меня собирать ягоды.

Софи поднималась следом за Флори, Элли и Беккой по тропинке. На ней были джинсы Элли, большой полосатый свитер Флори и старые кроссовки. Компания пробиралась через низенькие кусты по упавшим бревнам мимо жирных ягод черники, растущих прямо на каменистой осыпи. Время от времени Софи останавливалась, чтобы сделать снимки на цифровую камеру.

— А почему мы эти ягоды не берем? – спросила Софи.

— Эти нам не нужны, девонька, – ответила ей Флори. – Наверху лучше. Ягоды любят склоны, к тому же там несколько лет назад был пожар, а пожары ягодам только на пользу.

Они добрались почти до вершины холма, где серые валуны выглядывали из густых черничных зарослей, усыпанных ягодами. Где-то там, за верхушками елей, сиял на солнце ярко-голубой океан, чуть дальше по берегу возвышался утес, на котором стоял маяк с красной крышей и высокий белый дом.

Элли вручила свою корзинку Софи.

— Собери и мне, Софи. А я порисую.

— Но я и правда не умею.

Флори махнула ей рукой.

— Иди сюда, девонька. Мы тебя научим.

Они с Беккой уже стояли посреди плотного черничного покрова. Девочка присела на корточки возле куста, взяла целую гроздь крупных ягод и большим пальцем начала отрывать их от стеблей, позволяя скатиться с ладони в свою корзину.

— Просто повторяй за Беккой, девонька, – сказала Флори. – Спелые сами упадут тебе в руку. А если не падают, пусть остаются на ветке. Только они пачкаются, аж жуть. Руки у тебя потом будут все фиолетовые. Но ты же не против?

— Нет, конечно. Потом помою.

Флори рассмеялась, наклонившись над черничным кустом.

— Конечно, девонька, помоешь.

Софи присела около куста и попробовала повторить движение Бекки, но у нее не получилось, поэтому, устроившись на теплом камне, она принялась собирать по ягодке.

Элли подошла к ней с блокнотом и села рядом.

— Ты не против, если я тебя порисую? – спросила она, занеся карандаш над бумагой.

— Меня? Может, лучше Бекку или Флори? А то я и так слишком медленно собираю.

— Ой, не беспокойся ты о ягодах. Эти двое могут за раз насобирать сразу на всю Англию, и я их рисую все время. А сейчас хочу нарисовать свою племянницу.

Софи убрала выбившуюся из хвоста прядь.

— И выгляжу я сегодня не очень.

— Ты прекрасно выглядишь.

— Может, тебе надеть очки, тетя Элли?

Элли взглянула на свои бирюзовые очки, висевшие на шнурке, и водрузила их на нос.

— Точно! Надо надеть.

— Тетя Элли! – рассмеялась Софи.

Элли хихикнула:

— Да я шучу, Софи. Расслабься и собирай ягоды. Не обращай на меня внимания.

Над поляной воцарилась тишина. Только стук дятла раздавался вдалеке, да жужжали вокруг насекомые. Минут через тридцать Элли потянулась, встала и, опустившись на мягкий зеленый мох, протянула Софи рисунок. Та взяла его.

— О! А я неплохо получилась.

— Ты вообще очень хорошенькая, Софи, – рассмеялась Элли. – У тебя темные волосы, как у родителей, а глаза достались от Берджессов. У Бекки они тоже серо-голубые. И у Уинни были такие.