Книга Английская жена, страница 105 – Эдриенн Чинн

— Я бы приехала, Томас. Это не имеет значения. Совсем.

Он покачал головой.

— Для меня имеет.

— Ну, вот ты и здесь. Английская жена.

— Да, мама, это Элли Мэй. Моя жена.

Невысокая полная седая женщина отошла от печки и потянулась к ребенку.

— Ты хочешь, чтобы он подхватил пневмонию? Что это за пледик? – Она забрала малыша у Элли и закутала его в тяжелое шерстяное одеяло, которое сняла с кресла-качалки. – Ну вот, деточка, – проговорила она, качая Эммета, – теперь тебе будет тепло. Теперь ты с бабулей. Ну, посмотри на меня! Да тебя феи пометили. Никогда не видела ничего подобного! – Она поморщилась, глядя сквозь очки на Элли. – Я слышала, ты католичка?

— Да.

Мать посмотрела на Томаса.

— Говорила я тебе подальше держаться от католичек? Им верить нельзя. Но ты же не послушал меня, уехал в Англию и женился. – Она нахмурилась и перевела взгляд на Элли. – Я думала, у вас там все протестантами стали.

— Нет, не все.

— Ну, мам, хватит уже, не цепляйся к Элли Мэй.

Но мать не унималась. Глядя поверх очков на Элли, она заявила:

— У нас тут только англиканская церковь. Ни одного католика. Тебе надо было выйти замуж за какого-нибудь парня с южного побережья, у них там много ирландцев.

— Думаю, я как-нибудь справлюсь без католической церкви. – Элли взглянула на Томаса.

Он, гремя, приподнял крышку с кастрюли, томящейся на плите.

— Куда ты нас поселишь, мам?

— В твою комнату, конечно. Или, – мать кивнула в сторону Элли, – твоей царице Савской нужны покои побольше?

— Ее зовут Элли Мэй, ма. И нам нужна кровать на двоих. Моя слишком маленькая.

— Отец уже стащил с чердака большую кровать. Но там могут быть клопы.

— Клопы? – Элли резко повернулась к мужу.

— Да мама просто подначивает тебя. Кровать медная. Да и клопы не живут в таком холоде.

Элли притянула к себе Томаса и прошептала ему на ухо:

— Пойдем выйдем. Поговорим.

Через заляпанное грязью стекло задней двери виднелся каменный склон утеса.

— Выйдем?

Мать усмехнулась:

— А с ней не соскучишься, Томас. Посмотрим, что она скажет, когда увидит ночной горшок.

Элли поставила свечу на стул рядом с медной кроватью, облачилась в розовую нейлоновую сорочку, которую купила в Норидже на сэкономленные карточки, и зарылась в ворох одеял.

— Божечки, у тебя пятки как ледышки, девонька!

— Прости. Не думала, что тут будет так холодно.

Она подняла ногу и попыталась растереть. Томас перехватил ее ладонь.

— Да у тебя и руки холодные. – Он начал растирать пальцы Элли теплыми ладонями, пока не почувствовал, что они начали оттаивать. – А теперь, девонька, дай мне свою пятку.

В теплом свете свечи казалось, будто лицо Томаса было покрыто золотом.

— Как вы тут живете без электричества и водопровода?

Взяв в руки левую ступню Элли, он начал растирать ее так, будто собирался добыть огонь.

— Нормально. У нас их тут никогда и не было.

— Но в Англии-то были – и свет, и вода. Не скучаешь по ним?

Томас кивнул.

— Конечно, скучаю. Да я готов отказаться от обедов Джиггса ради того, чтобы у нас тут появился закрытый туалет. Но никто сюда не тянет водопровод, потому что даже для правительства это слишком дорого. Хотя вот электрические столбы уже начали устанавливать. Пока только в Гамбо, но через пару лет и до нас доберутся. – Он отпустил ногу Элли. – Давай другую.