Книга Идеальная жена, страница 90 – Линси Сэндс

Она провела по материи пальцем. Неудивительно, что собаки так её потрепали, если она пахла мясом. Но как так получилось? Если её кто-то испачкал, то кто? Просто взять тунику грязными пальцами – этого мало. Ткань пропитали запахом, как будто натёрли её куском мяса.

Так погибла вторая пара одежды, которую Авелин шила для Паэна. Первую уничтожил огонь, а теперь вот это. Авелин покачала головой – её вдруг осенила мысль. Неужели кто-то пытается ей навредить? Нет, быть этого не может! Хотя она искренне считала, что погасила свечу в шатре… А теперь этот запах свинины… К тому же в последнее время ей действительно не везёт, и она вполне могла оставить свечу гореть.

Глупость какая-то, решила Авелин. Наверное, запах попал на ткань случайно… вот только каким же образом? Но не могло же быть, чтобы кто-то сделал это намеренно? Все в замке были так добры к ней.

Авелин свернула тунику и положила в сундук поверх ткани цвета слоновой кости. Наверное, это даже хорошо, что они с Паэном уезжают в Рамсфельд. Пожалуй, не стоит начинать шитьё, пока они не поселятся в своём новом доме. Просто на всякий случай.

Глава 13

— Диаманда, может быть, меня подводит память, но, кажется, ты говорила, будто в Рамсфельде красиво? – уныло сказала Авелин, когда они подъехали к осыпающейся крепостной стене.

— Да. – Молодая девушка грустно покачала головой, не сводя глаз с виднеющегося впереди замка. – Здесь было красиво, когда я тут проезжала.

— И сколько же тебе тогда было?

— Шесть, – призналась она.

— Понятно. – Авелин тяжело вздохнула, а затем напустила на себя выражение полной безмятежности – как ей казалось, – потому что её муж осадил коня и, сбавив ход, поскакал рядом с ними.

Прошла неделя с того дня, как Авелин нашла разорванную тунику, на которой спали собаки леди Джервилль. Совершенно мирная неделя, не омрачённая никакими несчастьями. И Авелин пришла к заключению, что её догадка – всего лишь плод фантазии. Что на самом деле никто не пытался ей вредить. С того дня других происшествий не было.

Точнее, всю прошлую неделю не происходило вообще ничего. Череда скучных дней и скучных вечеров. Каждое утро Паэн и его отец первым делом уезжали в Рамсфельд. До замка нужно было скакать полдня, и к вечеру, когда мужчины возвращались домой, было уже очень поздно. Поэтому часто случалось, что к моменту возвращения мужа Авелин уже спала. А если и нет, то засыпала вскорости после того, как утомлённый Паэн валился в кровать и начинал храпеть.

К её величайшему разочарованию, с той ночи, когда они консумировали брак, Паэн больше не делал попыток с ней спать, и она снова была вынуждена сражаться с собственными страхами насчёт того, что он её просто не хочет. Она твердила себе, что он устал, но порою ей казалось, что её двоюродные братья и сестра ложатся в постель вместе с нею и мужем, потому что ей слышались их голоса: будто в тот раз он взял её просто из чувства долга, но больше не желает терпеть эту неуклюжую тушу. Когда эти голоса начинали звучать, Авелин шикала на них, а себе говорила, что нужно подождать, пока они не приедут в Рамсфельд, и уже там посмотреть, что будет. Поэтому Авелин ждала.

Тем временем она узнала от леди Джервилль, что в Рамсфельде в последние годы процветало грабительство. Шотландские разбойники переходили расположенную неподалёку границу, крали скот и наводили страх на местных жителей. И вроде бы раз или два нападали даже на сам замок. По словам леди Джервилль, этот факт особенно расстроил лорда Джервилля, потому что Лиджер, кастелян, ни разу не сообщал ему о сей беде. Напротив, он, похоже, предпочёл разбираться с разбойниками сам, что только ухудшило положение и замка, и людей. Понятно, что предстояло многое сделать, и Паэн с отцом очень спешили, чтобы подготовить замок к скорейшему переезду туда молодой четы.