Книга Идеальная жена, страница 75 – Линси Сэндс

— Я не говорю про супружеские обязанности, – сказала она со вздохом. – Ты ей хоть слово сказал с тех пор, как мы приехали?

— А я должен с ней разговаривать? – удивлённо ответил он, и мать прищурилась.

— Неужели ты был слеп все эти годы? Или из-за того, что целую вечность пропадал в своих крестовых походах, ты забыл, что твой отец всё время со мной разговаривает?

— Я не то имел в виду, – раздражённо воскликнул Паэн. – Я имел в виду, что это она… то есть раньше именно она… она была очень…

— Он хочет сказать, что в дороге она не давала ему вставить ни слова, – весело заключил отец. – По крайней мере, когда была в седле.

— Что ж, полагаю, таким образом она не давала себе заснуть, – ответила леди Джервилль.

— Точно. Я заметил, что девчонка любит поспать, – сухо сказал Уимарк. – В тот день, когда ей полагалось учиться верховой езде, она уснула прямо верхом.

— Это было только один раз! – Леди Джервилль старалась защитить невестку. – И лишь потому, что она всю ночь шила. – Помолчав, женщина вздохнула. – Я обещала молчать, но мне известно, что она переживает ещё и из-за того, что ты считаешь её неумехой. Поэтому я должна тебе кое-что рассказать.

Паэн и его отец переглянулись. Но Уимарк заговорил первым.

— Так она не неумеха?

— Вовсе нет, – твёрдо сказала леди Джервилль.

— Жена, я знаю, что она тебе нравится, но девчонка даже не умеет ездить верхом, – возразил Уимарк.

— Нет, умеет.

— Она…

— Матушка права, – перебил Паэн отца, который был готов привести следующий довод. – Может быть, Авелин и не умела, когда мы выехали из Стротона, но она прирождённая наездница. К тому времени, как мы приехали домой, она уже прекрасно управлялась с конём. Я бы дал ей собственную лошадь, когда мы ехали из Харгроува, но она так волновалась, что не справится, что мне пришлось снова взять её к себе в седло.

— Ты не понимаешь, – сказала леди Джервилль. – Она умела ездить верхом ещё до того, как мы покинули Стротон.

— Не смеши, Кристина, – недоверчиво сказал её супруг. – Зачем бы ей было лгать, чтобы мы думали, будто она ничего не умеет?

— Чтобы поберечь руки Паэна, – ответила она.

— Что? – Паэн изумлённо посмотрел на мать.

— Ты настаивал, что поскачешь верхом. Она – как и я – боялась, что ты ещё сильнее поранишь руки, вот и позволила тебе думать, будто не умеет ездить верхом, чтобы ты разрешил ей взять поводья, когда ты будешь её «учить».

Отец Паэна недоверчиво фыркнул.

— Девица проспала весь второй день.

— Потому что всю ночь шила, – напомнила мужу леди Джервилль. – И потом шила каждую ночь, однако днём бодрствовала, несмотря на усталость.

Лорд Джервилль задумался.

— Значит, ты говоришь, она обучена всему, что должна уметь жена?

— Да! Во время свадебного пира её мать перечислила мне всё, что она умеет. Авелин прекрасно обучена – пожалуй, гораздо лучше, чем большинство девушек её возраста.

— Вести дом? Лечить болезни и раны? Командовать слугами? – спросил он.

— Да. Всему этому и ещё многому другому.

— Тогда почему она не занялась руками Паэна? Всё это время ты сама их смазывала и перебинтовывала.

Леди Джервилль смутилась.

— Да. Но я принесла ей свои извинения… ведь он мой сын.

— А это твой дом, и распоряжаешься здесь ты, – тихо заметил лорд Джервилль, похоже, начиная догадываться.