Книга Фредерика, страница 136 – Джорджетт Хейер

— Не будешь, пока не отучишься впадать в эти приступы самобичевания, – невозмутимо промолвил Элверстоук. Дав Джессами время переварить это замечание, он добавил более ободряющим тоном: – Я не сомневаюсь, что ты добьешься успеха. Не стану оскорблять тебя, называя маленьким мальчиком, но ты сам знаешь, что до мудрого старца тебе далековато!

Опустив руки, Джессами попытался улыбнуться.

— Знаю, сэр. Нужно обрести крепость духа – не склоняться ни перед какими обстоятельствами и не преувеличивать ни чужие, ни собственные грехи, ибо самоуничижение паче гордости. Вы согласны со мной, сэр?

— Возможно. Правда, грех самоуничижения мне до сих пор не был свойствен, – сухо отозвался его лордство.

— Фредерике – тоже. И она никогда не читает другим лекции! Фредерика – лучшая из всех, кого я знаю! – Он добавил с обезоруживающей наивностью: – Кажется странным говорить такое о собственной сестре, но это правда, и я не стыжусь это повторять! Фредерика, может быть, не красавица вроде Кэрис, но…

— Стоит дюжины Кэрис! – закончил маркиз.

— Верно! – сверкнул глазами Джессами.

Он погрузился в молчание, которое нарушал, односложно отвечая на замечания Элверстоука.

Джессами спросил маркиза, какова, по его мнению, скорость шара, и промолвил в порыве откровенности:

— Конечно, Феликс поступил плохо – даже очень плохо, – но вы не можете отрицать, сэр, что он храбрый парень!

— О да! Страх ему неведом – как и многое другое!

— Очевидно. Но я бы на такое не решился!

— Ну и слава богу!

— Мне бы духу не хватило! – признался Джессами.

— Надо надеяться, тебе хватило бы здравого смысла! – резко сказал Элверстоук. – Если бы ты, в твоем возрасте, проделал бы такую безумную выходку, единственным подходящим для тебя местом был бы Бедлам!

— Да, но поневоле чувствуешь унижение, когда твой младший брат делает что-то, на что тебе не хватило бы мужества!

Подобное проявление мальчишества заставило Элверстоука рассмеяться, но он не стал объяснять Джессами причину своего веселья, рекомендовав ему не упускать из виду шар, который, исключая краткие промежутки, когда он скрывался за домами или деревьями, все время оставался в их поле зрения. Шар летел на солидной высоте, но вроде бы не с очень большой скоростью, – насколько Элверстоук мог судить, расстояние, отделявшее его от фаэтона, примерно равнялось восьми – десяти милям и увеличивалось крайне медленно. Сначала шар находился к западу от дороги, и, когда он еще сильнее отклонялся на запад, Джессами с трудом сдерживал тревогу. Ему неоднократно хотелось попросить маркиза свернуть с тракта и последовать за шаром по одной из проселочных дорог, но разум подсказывал ему, что это было бы глупостью. Сельские дороги часто петляли и упирались в какуюнибудь деревушку или ферму. Джессами подавлял нетерпение, говоря себе, что шар неуклонно летит на северо-запад, а кажущиеся отклонения вызваны изгибами дороги, но, когда им приходилось тормозить у заставы, а смотритель не сразу являлся на вызовы Карри, он едва не кричал от досады. Невозмутимость Элверстоука только раздражала Джессами, и, когда маркиз придерживал лошадей, он вонзал ногти себе в ладони, чтобы не разразиться возмущенной и неблагоразумной речью. Казалось, будто Элверстоук даже не пытается догнать шар! Но, бросая украдкой взгляд на бесстрастный профиль, Джессами видел, как маркиз, слегка повернув голову и прищурившись, измеряет взглядом расстояние до шара, и понимал, что он знает, что делает.