Книга Зверь внутри, страница 2 – Лотте Хаммер, Сёрен Хаммер

— Видишь теперь, что ты натворил?

— А что я такого натворил?

Он сильнее сжал ее руку, в голосе зазвучали слезы.

— Неважно. Тебе все равно не понять.

Она наугад выбрала направление, сделала несколько шагов и остановилась. Мальчик прижался к ней.

— Мы пропали?

— Дурак!

— У мамы было светло.

— Здесь тоже скоро будет светло.

— А что означает пропáсть?

Она не ответила, но говорила себе, что бояться нечего, что школьный двор не так уж велик и им просто следует идти дальше.

— Нам нельзя общаться с незнакомцами. Что бы ни случилось — нельзя, верно? — сказал мальчик дрожащим голосом, пока сестра тащила его за собой. Наконец слева она заметила слабый отсвет: вот и окна школы.

Когда они добрались до главного входа, мальчик отпустил руку сестры и весело вбежал в здание, даже не вспомнив, что совсем недавно готов был заплакать.

Вскоре они встретились в коридоре перед спортзалом. Девочка сидела на скамейке и что-то читала, а брат подбежал к ней с мячом в руках.

— Может, в футболянку сгоняем? Ты ведь здорово играешь.

— Ты одежду повесил как следует? Ранец аккуратно положил?

Вытаращив глаза (ему казалось, что так она ему скорее поверит), он кивнул.

— Пойди и сделай все как надо.

Он повиновался без возражений, однако вскоре появился вновь.

— Ну пошли сыграем!

— Дай дочитать. Начинай, а я сейчас приду.

Брат скептически посмотрел на книгу — уж слишком она была толстая.

— Ты правда скоро придешь?

— Правда. Четыре страницы осталось. Иди поиграй сам с собой — я скоро.

Мальчик исчез в зале. Вскоре послышались удары по мячу, а девочка снова погрузилась в книгу. Она так увлеклась, что не сразу услышала, как брат зовет ее.

— Здесь негде играть! — крикнул он из зала.

Девочка вздохнула.

— Почему это?

— Тут люди висят.

— Так играй между ними.

Мальчик появился в дверях, подошел к сестре и, вздохнув, сел рядом.

— Мне не нравятся эти люди.

Девочка принюхалась.

— Ты что, навонял?

— Нет, мне просто не нравятся мертвецы. Их порезали.

Она раздраженно встала и подошла к двери спортзала, мальчик плелся за ней.

Пять человек были подвешены к веревкам, привязанным к балкам на потолке. Трупы были обнажены и обращены лицом к ней.

— Вот гадость, правда?

— Еще какая!

Девочка обняла брата, уводя его за порог.

— Ну когда мы наконец сыграем?

— Не сейчас. Надо найти кого-нибудь из взрослых.

Главный инспектор уголовной полиции Конрад Симонсен наслаждался отпуском. Он сидел на террасе размером и открывавшимся видом смахивавшей на смотровую площадку, курил четвертую за утро сигарету, пил такую же по счету чашку кофе, разглядывал сквозь громадные окна проплывающие по небу перистые облака и ни о чем не думал.

Молодая женщина, стройная, спортивного вида, вошла в комнату так тихо, что он не услышал ее шагов и вздрогнул, когда она заговорила:

— Ну и ну, пап. Ты хотя бы чуть-чуть проветрил.

Сигаретный дым плавал по террасе сизыми клубами. Дочь Симонсена открыла двери настежь, и сильный бриз, пахнущий морем, ворвался в комнату и растрепал ее светлые кудри. Подождав немного, она прикрыла дверь, оставив небольшую щель, и устроилась в кресле, не смущаясь тем, что газета, которая была заткнута за пояс ее спортивных штанов, оказалась безнадежно измятой.

— Доброе утро! Ты вроде собиралась на пробежку и в торговый центр.