Книга Нелегалы, страница 23 – Георгий Юрский

— Гадайте, — преувеличенно вызывающе сказал отец.

— А чего гадать, сам перехватишь, — сказал Никита и пошел в пиковую масть, где должен был быть туз.

Если бы отец его там оставил, он бы его перехватил и взял гарантированную взятку. Он пропустил карту, подложив восьмерку.

— Блефуешь, — заявил Никита отцу и пошел еще раз в пики.

Отец вновь пропустил карту, подложив на этот раз семерку. «Может и вправду снес? Нет, слишком быстро подкладывает карты. Если бы на самом деле снес, изображал бы раздумья».

Никита был не очень силен в математике, в отличии от отца, могущего с точностью до доли процента назвать вероятность прихода того или иного расклада. Но знание психологии вообще и манер отца в частности подсказало ему правильный поступок. Несмотря на протесты коллег, требующих ловить «девятку» бубей, Никита третий раз пошел в пики.

— Вот, мля, вырастил змееныша! Родному батьке «паровоз» всучил, — разозлился отец, побив взятку пиковым тузом и забрав все остальные карты.

В итоге вместо выигрыша отец проиграл, а Никита, наоборот даже чуть-чуть выиграл, несмотря на общее невезение. Выпивать с отцом и его друзьями он не стал, сославшись на необходимость пробежаться перед сном.

Уже собираясь в кровать, Никита подготовил для матери одежду для стирки и выудил из кармана бумажку с номером телефона и каким-то сайтом. Это было алиби Льва, сына убитой семейной пары. «Неужели он сам себя бы сдал и видео предоставил?», — Никита было уже собирался выбросить бумажку, но что-то его удержало.

На следующе утро оперативники снова встретились на планерке. Настроение было потухшее. Мошкович с Филиппом сообщили, что поквартирный обход квартала, где оборвались следы убийцы, результатов не дал. Айтишники тоже ничем не порадовали. Разрешения камеры, стоявшей у Берштейнов на столбе, и части лица, торчащего из-под кепки, не хватало для полноценной идентификации. Новости Никиты об Антоне, друге Леонида Лобзова, особого энтузиазма у Воронцова не вызвали.

— Поди найти его друзей наркотов. Может, Антон этот тоже уже окочурился. Ладно, работайте.

Полицейские пошли в отдел и занялись каждый своей рутиной. Никита, порадовавшись в душе тому, что в его задании есть хоть какие-то зацепки, начал искать сведения о Леониде Лобзове. Мошкович решил порыться в соцсетях погибшего, поэтому взял изучать смартфон и компьютер Берштейна.

— Помнишь, это самое, в прошлом году история была? Из-за комментариев в родительском чате мужика убили. Посмотрю, может Берштейн с кем-то тоже крепко поссорился, — пояснил он коллегам свои действия.

Филиппа, как самого молодого, отправили в поле искать следы убийцы в кепке. Никита с сомнением покачал головой, но комментировать не стал. Вместо этого он набрал телефон Натальи Горшковой.

— Добрый день. Да, вчерашний полицейский. А вы еще каких-то друзей соседа вашего Леонида не вспомните?

Наталья помялась и выдала:

— Одноклассник его, рыжий такой. Егор звали. Точно дружили они с ним. Остальных как-то не особо помню.

— В любом случае, спасибо. Хорошего дня Вам! — Никита, не дожидаясь ответа повесил трубку. Несколько часов у него прошло в выяснениях в какой школе учился Леонид, был ли и у него одноклассник по имени Егор, который из двух Егоров был рыжим, и как его фамилия. На его счастье Егор Савельев оказался живым и здоровым. Здоровый образ жизни ему обеспечили два тюремных срока. Первый он получил в 1998 за вымогательство, второй в 2015 за грабеж. В 2020 он освободился и проживал на окраине Смоленска. Он немедленно собрался к нему ехать, о чем сообщил Воронцову.