Книга Темная тайна художника, страница 94 – Моника Фет

А если ее вообще уже нет в живых?

Он постарался заставить себя мыслить логически. Самоубийство? Но Ильке не производила впечатления человека, который собирался покончить с собой. Совсем наоборот. Она обещала провести эту ночь с ним. «Да», — ответила она на его вопросы. Трижды. Как апостол Петр. Только она его не предавала.

Убийство?

Майк изо всей силы пнул ногой камень, который лежал на тротуаре. Он посмотрел, как тот ударился о стену дома и, отскочив от нее, перелетел через дорогу. Водитель проезжавшей мимо машины нажал на клаксон и повертел пальцем у виска. Майк не обратил на него внимания.

Что дало ему бессистемное прочесывание окрестностей? Он должен искать целенаправленно. Возможно, с фотографией в руках. Опросить людей. Кто-то же должен был видеть Ильке.

Майк сразу приободрился. Единственное, что ему было нужно, — это конкретный план действий. Только сейчас он заметил, что уже стемнело. Люди спешили домой. В бледном свете уличных фонарей они двигались как зомби. Майк в нерешительности остановился. Шедшая сразу за ним женщина невольно натолкнулась на него.

— Извините. — На миг Майк увидел ее лицо. Оно напомнило ему Лару Энглер. И тут он внезапно понял, что ему следует сделать в первую очередь.

Комиссар Берт Мельциг любил засиживаться в своем кабинете, когда большинство сотрудников уже расходились по домам. Ход его мыслей не нарушали постоянные телефонные звонки, никто из коллег не врывался в его кабинет со срочным делом, и становилось тихо.

Появлялись уборщицы и производили уже совсем другой шум, который ему совсем не мешал. На минутку он выходил из своего кабинета, чтобы они могли быстрее справиться со своей работой. Чем быстрее они заканчивали уборку, тем было лучше.

Когда наконец никто его больше не отвлекал, он выключал верхний свет и включал настольную лампу. Концентрация света в одной точке среди темноты положительно влияла на ход его мыслей.

Однако время еще не пришло. Берт слышал шаги в коридоре, голоса, чей-то громкий смех. Но ему было все равно. Он собирался обдумать свои записи по делу Ильке Хельмбах, которое теперь уже стало уголовным делом, и привести в порядок свои впечатления. Эта работа займет некоторое время.

Берт позвонил Марго и сказал, что задержится допоздна.

— Хорошо, — коротко ответила она. — Тогда мы не будем ждать тебя к ужину.

Ее холодное равнодушие озадачило Берта. Он привык к тому, что Марго постоянно жаловалась, упрекала его и ругала. После двенадцати лет супружеской жизни она продолжала удивлять его. Он никогда не мог быть уверен в ней. Что бы он почувствовал, если бы у нее был любовник?

Берт встал. Нужно выпить стаканчик кофе. С тех пор как он бросил курить, потребление кофе приобрело угрожающие размеры. В сущности, он поменял зависимость от никотина на зависимость от кофеина.

Вот так бывает и с наркоманами, подумал он и выдвинул тот ящик письменного стола, в котором хранил запас пятидесятицентовых монет. По сути дела, он еще легко отделался. С таким же успехом он мог бы стать пьяницей или наркоманом.

Отказом от курения Берт был обязан своему врачу, партнеру по игре в теннис и лучшему другу Натану. Правда, обязан и тем, что в результате набрал несколько килограммов лишнего веса. Интересно, а что более вредно?