Книга Темная тайна художника, страница 59 – Моника Фет

— Как насчет пирожного? Я тебя приглашаю.

Майк смотрел на меня сияющими глазами, словно встретил человека, которого не видел целую вечность, хотя сегодня утром мы вместе завтракали.

— Если ты подождешь минутку. — Я прикинула, сколько у меня с собой наличных денег, и решила все же купить биографию Леннона, несмотря на то, что стоила та целое состояние.

Майк бросил взгляд на обложку книги:

— У меня дома полно книг о Ленноне. Ты можешь взять их почитать.

Он заметил, что я колеблюсь, и усмехнулся:

— Мои книги привыкли к суровому обращению. Подумаешь, если появится несколько лишних пятен, я не придаю этому никакого значения.

Некоторое время спустя мы уже сидели в кафе «Антиквариат», обставленном исключительно старинной мебелью, которую можно было здесь же на месте и купить, точно так же как и посуду, и картины на стенах. Майк пил кофе с молоком, а я взяла какао. Кроме того, мы позволили себе заказать по большому куску яблочного пирога, испеченного самой хозяйкой.

Я заметила, что у Майка под глазами появились тени. Возможно, в этом было виновато скудное освещение в кафе, так как раньше я их не замечала. При этом Майк не относился к тому типу людей, которые позволяют себе лишнее. Он вел спокойную жизнь.

— Как у тебя дела? — спросила я.

— В каком смысле? — Он пригладил волосы и выпрямился, словно так ему было легче вести разговор.

— У тебя под глазами синяки, — сказала я, проклиная себя за глупую привычку всегда говорить людям правду в глаза.

Майк с облегчением снова опустил плечи.

— Я сегодня плохо спал, — объяснил он. — Возможно, сейчас полнолуние.

— Разве мужчины тоже страдают от этого?

— Послушай! Нарушения сна не являются привилегией одних только женщин.

Он улыбнулся, и я подумала, какое это счастье, что мы нашли его. Его и Ильке. Они оба благотворно действовали на Мерли и на меня и на нашу жизнь. Наша квартира, казалось, стала светлее, кошки вели себя спокойнее. У меня даже сложилось впечатление, что цветы на окнах росли теперь гораздо лучше.

— Ильке тоже плохо спала? — спросила я.

— Понятия не имею. — Майк с такой силой вонзил свою вилку в пирог, словно это был его злейший враг, которого он решил убить.

— У нее есть такая привычка посреди ночи собирать вещи и исчезать, не сказав мне ни слова.

Мерли и я уже давно заметили, что Ильке никогда не оставалась у нас до завтрака. Это обстоятельство крайне удивляло нас, но мы решили не вмешиваться в чужие отношения и ни о чем не спрашивать Майка.

— Она приходит и уходит, когда ей удобно. Я знаю, что сам не отношусь к числу людей, склонным к неожиданным поступкам, но разве я требую слишком многого, когда, ложась спать, ожидаю, что утром обнаружу свою подругу рядом с собой в постели?

— Ты хотя бы раз говорил с ней на эту тему? — спросила я.

— Один раз? — Он возмущенно фыркнул. — Сто раз. Тысячу раз. Только это ничего не дает. Она извиняется, начинает плакать, я ее обнимаю, и все остается по-прежнему.

— И она не говорит тебе, почему уходит?

— Она говорит, что сама этого не знает.

Майк извлек из кармана пачку сигарет. Это удивило меня. Я еще никогда не видела, чтобы он курил. Он несколько раз провел большим пальцем правой руки по надписи на пачке «Курильщики умирают раньше», потом вынул сигарету и закурил. Он тут же закашлялся и сощурил глаза.