Книга Берлинский гейм, страница 122 – Лен Дейтон

— Действительно дело плохо?

Дики поднялся и начал руками отряхивать пепел с брюк.

— Там очень скверно, – подтвердил Дики. – Расскажи ему, как ты узнал, что происходит.

— Вряд ли я в точности знаю все, – сказал Фрэнк. – Первым сигналом тревоги стал звонок офицера по связи из Бонна. Пограничная охрана в Хитцакере, в Нижней Саксонии, выловила из Эльбы какого-то типа. Он перебрался через Берлинскую стену, удачно преодолел эти проклятые минные поля и пограничные заграждения и бросился в реку. Он почти ее переплыл и остался невредим. Из сообщения западногерманской полиции я понял, что стрельбы с другого берега не вели. Можно сказать, идеальный побег.

— Счастливчик, – заметил Дики.

— Или хорошо все знавший человек, – возразил Фрэнк. – Граница в этом месте проходит вдоль северо-восточного берега реки, так что восточные немцы не смогут соорудить под водой заграждения или ловушки. По этой причине представители ГДР настаивают на изменении пограничного режима в среднем течении Эльбы. А пока что это место – самое удобное для побега оттуда.

— Значит, кому-то удалось перейти границу? Но почему в эту историю втянули Бонн и почему кто-то тебе звонил?

— В Бонне заинтересовались, поскольку проводивший допрос офицер установил, что бежавший был служащим восточногерманской таможни.

Фрэнк взглянул на меня. Когда я никак не отреагировал, он начал неторопливо раскуривать трубку.

— Служащий восточногерманской таможни, – повторил он и помахал в воздухе спичкой. Он едва не кинул потухшую спичку в камин, но вовремя спохватился и положил ее в широкую пепельницу с надписью «Чинзано», ее Дики предусмотрительно поставил рядом.

— Его зовут Макс Биндер. Один из тех, кто входит в сеть Брамса.

Дики всю ночь слушал неторопливые рассказы Фрэнка и теперь захотел несколько ускорить ход событий.

— Когда на следующее утро Фрэнк попытался привести в действие «контактную цепочку», стараясь связаться с остальными членами этой сети, он ни от кого не получил ответа.

— Я этого не говорил, Дики, – придирчиво заметил Фрэнк. – От двоих из них получены сообщения.

— Не получил ты ни черта, – упрямо возразил Дики. – Было лишь два сигнала «связи нет».

Провал сети Брамса Дики воспринял как величайший для себя шанс и преисполнился решимости направить события по нужному ему руслу.

Фрэнк что-то пробормотал, продолжая потягивать джин.

Дики сказал:

— Эти подонки из сети Брамса вели незаконные операции с кредитами импортных банков и здорово на этом наживались. А Брет, вероятно, снабжал их поддельными документами, обеспечивал связь и все, в чем они нуждались.

— Вернер все время жалуется по поводу поддельных документов, – вставил я.

— Это для того, чтобы сбить нас с толку, – заметил Фрэнк. – Поддельные документы для них важнее всего.

— Мы получили из ГДР множество неофициальных жалоб насчет «антиобщественных элементов, которые получают всяческую помощь», – сказал я.

Фрэнк резко сказал:

— Это возмутительно, Бернард! Ты слишком хорошо знаешь, что восточные немцы регулярно забрасывают нас жалобами по таким вопросам. Откуда мне знать, что на этот раз их пьяная болтовня во время официальных коктейлей основывалась на фактах?

Дики не мог сдержать мрачную улыбку и отвернулся, чтобы скрыть ее. То, что сеть Брамса – преступная банда, которая манипулирует нашим департаментом ради своих прибылей, этого факта вполне хватало, чтобы окончательно низвергнуть Брета Ранселера. И вдобавок Брет лишался своего главного козыря – Брамса Четвертого.