Книга Огненные рельсы, страница 66 – Сергей Иванович Зверев

— Тебе с Коклюшем не надоело просто так слоняться по городу? Ты же хотел свою мечту увидеть. Так вот от нечего делать помогли бы лейтенанту, расскажите, где, куда и как можно подобраться. А то ведь от скуки позеленеете скоро и бородами обрастете. Наши вернутся, а ты бородой зарос до самых глаз. Девки на тебя смотреть не станут. Скажут, дед с бородой.

— Вернутся, думаешь? – усмехнулся Летун. – А если нет?

— А если нет, то никаких крыльев не будет для всех людей. Ничего не будет, Коля, потому что мы не нужны фашистам. А всех нас еще не вывели дустом как тараканов, это потому что им не до нас пока. Своих ждать надо. Ты же помнишь, какие самолеты у нас есть, какие новые были, про которые ты рассказывал. Не летать тебе, пока немцы здесь.

— Ладно, могу и показать, – отвернувшись, ответил Летун.

За этим ленивым согласием, за этим взглядом, который отвел в сторону Коля, Софья увидела многое. Горел еще внутри, в сердце этого человека огонек. Рвался он в небо, а на земле ему было скучно. И после разговора, когда уже все, кто вернулся из города, укладывались спать по своим лежанкам, Летун подошел к Канунникову.

— Соня сказала, тебе помочь надо. Чего, говори. Город мы с Коклюшем знаем хорошо, можем, если что, и посоветовать.

Коклюш, которого, кстати, звали просто Ленька, оказался поблизости. Канунников давно понял, что эти двое парней дружат. Точнее, Коклюш хвостом ходит за старшим товарищем, потому что уважает его, потому что ему интересно слушать фантазии Николая, да и вообще с ним надежно. Такой в беде не оставит. Ленька подошел, сел рядом, с интересом глядя на Летуна и лейтенанта. Интересно было жить Леньке Коклюшу, все ему было интересно в этой жизни. Совершенно точно, что воровство его интересовало в меньшей степени, но просто угораздило его когда-то оказаться в этой среде, а не в другой. Например, не в бригаде Метростроя или археологов в пустыне Гоби.

— Мне нужно найти места, откуда хорошо виден железнодорожный узел. Откуда можно понаблюдать за строительными работами, расширением путей и складов станции.

— Оба! – почему-то обрадовался Коклюш. – Вы ее рвануть, что ли, задумали? Ничего себе заявочка участковому!

— Помолчи, – оборвал приятеля Летун. – Место, говоришь. Ну, это не проблема, я тут вырос. А детство, оно, знаешь, это всегда чердаки, подвалы и речка. Поискать можно. Только ты мне скажи, а немцев прогонят?

— А ты в школе хорошо учился, Николай? – спросил Канунников. – Ты историю учил? А когда-нибудь было такое, чтобы нас кто-то завоевывал, чтобы Русь подчинялась кому-то? Кто ни приходил, всем отпор давали.

— А татаро-монголы? Говорят же ученые, что триста лет иго было на Руси.

— Так Руси же не было, единого государства еще не было, – возразил Канунников. – Народ был, разрозненные княжества на русской земле были, а единого государства не было. Потому-то и платили дань триста лет все по отдельности, каждый сам за себя. А потом, когда объединились все земли в одно государство, тогда уже никто к нам не совался. Всем по носу давали. И шведам под Полтавой, и французам под Москвой. И Гитлеру под Москвой тоже сейчас вдарили так, что он откатился на двести километров раны зализывать. И еще вдарим, Коля, можешь не сомневаться, особенно если все вместе будем! А уж потом и небо наше будет, и моря. Полетим тогда хоть на крыльях, хоть на самолетах!