Книга Приручить коллектора, страница 25 – Ася Любич

— А я Ульяна, — говорит она, глядя на Бориса прямо и бесстрашно.

Он чуть склоняет голову, с вежливой улыбкой, которую я знаю слишком хорошо. Да, Борис любит эффектные ходы. И прекрасно понимает, что я не стану обвинять его во лжи, особенно при родителях.

— Да, Олеся рассказывала о старшей сестре. Это ваши дети? — произносит он так, словно не угрожал мне расправой всего пару дней назад.

— Здрасте, — синхронно кивают племянники, рассматривая его с неприкрытым любопытством. — Тётя Олеся, вы замуж выходите?

— Она так и не успела мне ответить, — отвечает Борис, и уголок его рта чуть дергается. — Так что, если вы позволите нам поговорить наедине…

— Мы очень-очень рады с вами познакомиться, — протягивает фразу Ульяна, натянуто улыбаясь.

А отец, словно набрав в грудь воздух, вдруг откашливается и неожиданно вмешивается:

— А что, другого места для предложения не нашлось? — отец облокачивается на спинку стула, глядя на Бориса с ледяной прямотой, в которой больше испытания, чем интереса.

— Володя… — мама осуждающе качает головой, но её голос мягче, чем обычно.

— Согласен, — Борис чуть усмехается, словно признаёт поражение в споре, — не самое удачное место. Хотя, на мой взгляд, больница — ещё хуже. — Он делает паузу, как будто даёт вес своим словам. — Внизу ждёт машина. Вас всех доставят с комфортом, чтобы не тащились в метро.

Мама тут же поворачивается ко мне, и её глаза начинают сиять так, словно я только что выиграла джекпот в национальной лотерее. Наклоняется ближе, так, что я чувствую её духи — тёплый, чуть приторный жасмин, и шепчет:

— Только не будь дурой, ладно? Он прекрасный мужчина.

Отец лишь коротко кивает мне, будто передаёт свой немой вердикт: мол, решай сама, но он свой вывод сделал.

Зато сестра, склонившись ко мне, щебечет на ухо, едва сдерживая смешок:

— Систер, может, он и мне поможет, м?

Всё это — под прицелом молчаливого, внимательного взгляда Бориса. Он стоит чуть в стороне, руки в карманах, будто даёт нам время на прощание, но я знаю: он слышит каждое слово.

Они уходят, их шаги гулко отдаются в коридоре, а дверь мягко прикрывается за спиной сестры. В палате сразу становится тише, и тишина эта тянется, как тонкая нить, на которую я боюсь наступить.

Я остаюсь с Борисом наедине.

Глава 13.

Глава 13.

— В тебе умер прекрасный актёр, — выдыхаю я, не отводя взгляда. — Я прямо чуть не поверила в твоё благородство.

— Ну и где благодарность, Олеся? — в его голосе ленивое раздражение, будто он устал напоминать очевидное. — Лежала бы сейчас в какой-нибудь районной больнице, где краска отваливается с потолка.

— Думаю, на те деньги, что ты заплатил за моё дневное пребывание здесь, можно было бы спокойно покрасить одну палату, — я криво усмехаюсь, чувствуя, как боль в ноге синхронно пульсирует с моими словами.

— Не исключено, — он пожимает плечами так, будто ему действительно всё равно.

— Ну и к чему этот спектакль? Совесть заела?

— Нет у меня совести.

— Тоже так думаю, — его взгляд становится цепким, как замок на капкане. — Тогда что?..

— Я действительно собираюсь на тебе жениться, — говорит он неожиданно спокойно, и, прежде чем я успеваю понять, что услышала, он поправляет мне подушку.

Я бы ударила его. Клянусь, ударила бы. Но шок словно прибивает меня к матрасу, не давая ни рукой пошевелить, ни словом парировать. Кажется, сердце вот-вот сорвётся с ритма — столько удивляться в один день небезопасно.