Онлайн книга «Только твоя»
|
Это химия, самая настоящая и она тут, между нами, двумя посреди незнакомых людей. Неделю назад я бы сказала, что это дикость, сейчас хочу сказать ЕЩЁ! Ладони сминают талию, одна опускается на бедро. Вот так просто у всех на глазах, я не озираюсь лишь чудом. Такое поведение от «нашего» мужчины для меня удивительно, как минимум я ничего подобного не видела никогда ни в доме родителей, ни в чьём бы то ни было ещё. Видимо прочитав это в моих глазах Давид прижимает сильнее, вдавливая в себя и на ухо хрипловато шепчет: — Всем вокруг плевать. Отстраняюсь. — А тебе? Глухой стон мне ответом и руки вновь по телу, нетерпеливо, совсем не невинно. У меня мурашки. Закидываю руки на его плечи и сцепляю в замок меняя угол наклона. Мы так близко, что это уже интимнее некуда, но в голове вата и какие-то фейерверки, так что мне простительно. Целует в губы, мнёт руками тело, захватывая кусочек топа совсем легонько пробираясь под него пальцами, словно украдкой. Меня это подстёгивает на ответные действия. Глажу плечи, откровенно испытывая удовольствие и какой-то взрыв счастья в теле. — Ты меня напоил… Смеётся и качает головой. Искорки в его глазах согреют города. — Аза, ты сделала три глотка всего. — Пффф… Смеётся. Разворачивает к себе спиной и наглым образом опускает на себя. Теперь я практически сижу на Давиде, а он в свою очередь на барном стуле. Перед нами танцпол и зажигательная песня, но я не двигаюсь, потому что чувствую, как он возбуждён. Буквально упирается в мою ягодицу. Разряды тока не иначе. Несмотря на титаническое спокойствие внешне, я ощущаю эти волны от мужчины. И меня кроет вслед за ним. Вокруг нас незнакомые люди, снующие туда-сюда. Ничего не замечаю, только дыхание на шее и пальцы, медленно гладящие мой живот. Это так будоражит, так сильно подкидывает наверх из кокона, что в конечном итоге я сбегаю от него в дамскую комнату. Прихожу в себя под бурные обсуждения какого-то мужика-козла. Три девушки стопившись в углу кроют его всеми возможными словами, пока одна из них всхлипывает и постанывает. Смотрю на них только украдкой, просто оценить обстановку. — Пошёл он в жопу! — Сука… — Прекрати… я сама виновата… я. Прикрываю глаза. «Я сама виновата» — триггером по коже. Бабушка всегда говорила, что от женщины зависит атмосфера в доме и чаще всего проще сказать: «Я виновата, прости» чтобы сгладить углы. И не важно виновата или нет, главное не доводить до скандала. Смотрю на себя в зеркало опираясь ладонями о столешницу под гранит. Не хочу извиняться за то, в чём не виновата, не хочу ущемлять себя и за это ненавидеть. Быть мягкой, покладистой не равно быть безропотной тряпкой. Я не хочу этого и не смогу. Сложно сказать, что именно наложило отпечаток, может быть поведение Оксаны, может быть эта странная рыжая, которая даже в «их» мире перегибает палку. Не знаю… но душить себя и слепо опускать голову вниз не буду. Я не смогу как мама. Она в этом плане оправдала все надежды на звание «идеальной жены». Думаю, что бабушка гордится и не знает, что было спрятано от её глаз. Меня не страшила мысль быть никем рядом с Фархадом, просто он был не моим, и я знала итог этих отношений, если их так можно назвать в принципе. Давид другое. Абсолютно. Боюсь ему не подойти, боюсь сделать что-то ни так и до ужаса боюсь, что он возьмёт и откажется от меня. Ведь мой развод провернули даже без моего участия. Развод… рассуждаю как видавшая виды женщина. Ужасно… |