Книга Только твоя, страница 142 – Виктория Королёва

— На тебя пары краски так действуют⁈

— Скорее ты.

Вздыхает и отворачивается к детям.

— Мали?

Дочь выходит вперёд. Глаза вниз, раскаяния в них ни капли. Вся в папу, к слову.

— Чтобы всё тут сверкало через час, тряпки там — указывав сторону гаража.

Наша девочка кивает и бежит в сторону дома, решив, что тряпка если и должна быть, то точно не из гаража.

— Так! С остальными разбираться буду ни я. Брысь к своим родителям каяться!

Прыскаю вновь, когда он разворачивается ко мне, закатывая к небу глаза.

Ну что ж, детки оторвались в очередной раз. Выкрасили в желтый детский домик в песочнице. Давид его сам делал, просто взял и сделал, правда неделю убил на это, но гордился собой, словно не маленький шалашик сделал, а целый дворец. Я кивала, соглашалась, хвалила. Гнездование в этот раз началась вовсе не у меня.

Игровая беседка в хлам… Теперь это не дерево… это жёлтое нечто. А она стояла всего-то дней десять.

— Я боюсь, что краску тряпкой невозможно оттереть.

— Это гуашь.

— Зачем тебе банка гуаши? Ещё и жёлтая? — удивляюсь я.

Муж помогает подняться, сразу же обнимая так чтобы рука на живот легла. Всегда так делает.

— Да уже не важно, пошли к гостям, а-то съедят весь мой ужин пока я, воспитывая их же детей!

— Ты ужасен!

— Маленькая банда блин! В следующий раз к нам в дом я не пущу их. Это просто какая-то трагедия! Что за дети! Куда смотрят их родители⁉

Давид беззлобно ругается, но улыбается. Он обожает своих племянников. И наших детей. Мали, что бежит с кучей тряпок из дома, Лауру, спящую в коляске и всё пропустившую и маленькую Дарину, которая обязательно должна родиться мальчиком, потому что Давид верит, что врач ошибся и у нас будет сын.

— Ты проклят на вечное служение женщинам! «Успокойся», — сказала я после последнего УЗИ.

Муж поджал губы и огорошил:

— Ничего не знаю. Родить придётся ещё раз.

— Тиран.

— Не без этого, родная.

Улыбнулась.

Он нас любит. И на самом деле ему всё равно, главное, что у нас рожаются совершенно здоровые дети, которых он любит гораздо больше, чем можно предположить. И пусть мой муж тиран и деспот со всеми остальными, дома он самый любящий, надежный и нежный мужчина.

И я люблю его так же, как и девять лет назад, когда впервые подумала, что испытываю к нему чувства. Он просто мой. Вот такой местами ершистый, грозный, упрямый и твердолобый до потери сознания.

Наш брак не идеален мы не идеальны, но изо дня в день мы становимся лучше друг для друга. Я просто люблю его. Люблю за возможность быть счастливой, быть матерью, быть женщиной чьи интересы ставят превыше своих. Это счастье.

— Люблю тебя…

— Естественно, я же такой классный.

Закатываю глаза.

Крепче обнимает, целует в висок и тихо добавляет:

— Может в спальню, а? Пока я тут разогнал банду, а мелкая спит под присмотром?

— Я как-бы беременная немного, ты не заметил?

Округляет глаза в удивлении и патетично с издевкой:

— То, как ты заездила меня неделю назад уже и не помнишь, да? Немного беременная моя.

Руки на груди складываю. У нас гости, а он из семейной посиделки решил сделать индивидуальное занятие с кардио нагрузкой. Да и не удобно на правах хозяев гостей одних оставлять. Я все-таки правильного воспитания! Они справятся, но всё же…

— Малыш, меня не было три дня, думал сдохну без тебя.

— Если только быстро, — не без наигранного недовольства шепчу.

Оглядывает меня с ног до головы и выдыхает:

— Быстро не будет.

— Тиран!

Соглашается и подталкивает меня к дому. А я… не сопротивляюсь я, потому что дико соскучилась по нему. Целых три дня не видела, думала с ума сойду без него. Вынужденная командировка на другой конец света — это ни новое для меня, но всегда безусловно скучаю. Чем дальше от меня, тем стильнее скучаю. И он тоже. Знаю и чувствую.

Потому что люблю.

В спальне под тихий шорох снимаемой одежды муж смотрит в мои глаза и произносит:

— Ты моя?

— Только твоя.

КОНЕЦ.