Книга Только твоя, страница 103 – Виктория Королёва

— Что бл*ть происходит⁈

Чувствую злорадное умиротворение от того шквала, что за моей спиной. Давид своим взрывом агрессии заполняет всё пространство. Я бы испугалась будь ситуация другой, но только она ни другая, а это значит, что я сама сейчас взрывоопасна словно граната.

Хватает меня за плечи и разворачивает к себе больно сжимая. Боли я почти не чувствую, в теле лава вместо крови. Это скорее неприятно-болезненно.

— Не трогай меня! — зло шиплю.

— Ах*енно, — прищуривается. — Что за грёбанный концерт Аза⁈

Шиплю и вырываюсь, пока он не отпускает.

— Что за долбанные игры? Какого хрена ты не отвечаешь на мои звонки?

— Тебе не с кем поговорить? — практически выплёвываю в лицо.

Давид на секунду каменеет, но быстро берёт себя в руки и, собственно, складывает их под грудью прожигая меня взглядом. Тяжелым таким взглядом, от которого должны мурашки бежать, а у меня только сильнее подстёгивает на летящие словно стрелы слова.

— Ещё раз спрашиваю, во что мы играем, твою мать!

Тихо и зло спрашивает Давид и взрывает в конечном итоге то, что я старалась держать до последнего.

— Не хочу тебя видеть! Предатель! Ненавижу тебя!

Толкаю его, вкладывая все силы, но сделать это ни так просто как кажется. Муж скручивает брыкающуюся меня и разворачивает к себе спиной фиксируя руки на животе.

— Бешенная кошка, твою мать! Какая оса тебя ужалила!

— Я всё видела понял! — продолжаю брыкаться.

— Да бл*ть! Что ты там видела⁉

Перехватывает руки и сжимает запястья, чтобы я не могла отпихиваться. Тяжело дышу и вмиг обмякаю в сильных руках. И не узнаю свой глухой голос:

— Твою любовницу с животом на перевес видела. И то, как ты её обнимал тоже видела. Звонил ей и писал, а мне врал, что работаешь… занят…

Руки, удерживающие в стальном захвате, опускаются, и я разворачиваюсь, чтобы уже в лицо сказать:

— Как ты мог…

Давид смотрит с какой-то грустью, но мне плевать. Мне БОЛЬНЕЕ! Этот взгляд пойманного вора сказал больше любых фраз. Зажимаю рот рукой, все догадки на его лице.

— Это твой ребёнок?

— Мой, — глухой ответ.

Он меня не удерживает, когда я обхожу по кругу и скрываюсь в ванной закрывая дверь. Тяжело дыша, опираюсь о красивую раковину, она как большая капля разрезанная на пополам, глубокого серого цвета. Голова кружится от переизбытка эмоций. Мне нужно успокоиться. Пальцы дрожат, а в голове картинки и мысли ворохом.

Я почему-то представляю их вместе. Его, её и ИХ ребёнка которого он по всей видимости от неё хотел, раз вел двойную жизнь за моей спиной…

Внутри меня тот самый разверзнувшийся ад.

Ощущая боль душевную, я не сразу принимаю, что появляется и физическая. Неожиданно болезненный спазм скручивает живот воруя дыхание, настолько мощный спазм, что я хапаю ртом воздух. Сильнее хватаюсь за раковину одной рукой и опускаюсь на колени перехватывая живот. Мгновенная паника и мой писк. Зажмуриваюсь, пытаясь продышать и расслабиться. Живот колом встаёт. Только вот с каждым вздохом всё больнее. Я не успеваю напугаться в полной мере пока концентрируюсь на боли. Но приходит лёгкая заминка и я распахиваю глаза… чтобы увидеть на светлом кафеле алую кровь.

— Аза! — рык где-то совсем рядом.

Не могу оторвать взгляда от уродливых капель на полу. Паника захлёстывает с головой. Всё что вокруг, словно вне моего круга. Обиды, проблемы, муж. Здесь и сейчас я отчётливо понимаю, что внутри меня умирает мой ребёнок.