Книга Табу, страница 113 – Евсения Медведева

— Мне бы плёночку посмотреть за вчера, в районе двадцати часов вечера.

— Ага, я тебе пленку, а меня потом взашей отсюда? Какая-никакая, а копейка. Попробуй на одну пенсию вырастить сынка-лентяя, просиживающего портки в кресле перед компьютером. Бабка все твердит, что он гений, вот только денег от его гениальности не прибавляется, дед раздухарился так, что даже сквозь седую реденькую бородку просвечивал густой румянец гнева.

— А я ж говорю – проспонсирую, а если твой сын и впрямь такой гений, то и работку ему подкину. Ты только телефончик ему мой передай и все, считай дело в шляпе.

— А не обманешь случаем?

— Нет, дед, не обманываю я женщин и стариков.

— Ой, паршивец, – рассмеялся дед, осматривая мою покарябанную рожу. – Мордень-то небось муж ревнивый начистил? Хотя, все правильно сказал, не обманываешь только баб, а вот про мужиков ихних не говорил.

Дед достал из внутреннего кармана старенькую нокиа, и стал быстро жать в кнопки, время от времени густо матюгаясь на бесполезную пластмассовую коробку.

— Мать, дай недоросля нашего. Потом поест, – рявкнул дед, а потом закрыл рукой динамик. – Он подрабатывает у нас в комплексе. За камерами следит и прочее, если и нужно говорить, то только с ним, а я так… Пугало огородное от ворон и хамских грабежей.

Договорившись с сыном охранника, я аккуратно положил упругую стопку банкнот на стол и вышел на парковку. Зима окончательно сдала свои позиции, и теперь весенний ветер ласково теребил мою нестриженую макушку. Дышать стало легче, веселее.

— Да, – ответил на звонок, даже не взглянув на экран.

— Оклемался, бродяга? – голос Наскалова звучал как-то натянуто.

— Давай к делу?

— Завтра вылет, билеты у Моисея.

— С чего это? Я никуда не собираюсь, – сдерживаясь, чтобы не застонать, залез в машину и вытянул ноющую ногу.

— Теперь собираешься.

— Наскалов, ты прекращай говорить загадками, а то я тоже несколько знаю.

— Вы летите в Австралию через Москву, а мы с Янкой прямиком. Не хочу сюрприз портить, – голос друга изменился. Готов был поклясться, что он смутился и замешкался.

— Что? Сдаешься? – Смех вырвался наружу, впрочем, я даже не пытался сдержаться. Еще год назад я бы ни за что не поверил, если б мне сказали, что Скала сломается под натиском обаяния Моисеевой, но теперь, когда все было реально, стало немного страшно. Куда мир катится? – А поближе места не нашлось, чтобы сделать предложение? Или боишься, что Моисей дочь не отдаст?

— Я не для «папы» старюсь, а вот тебе бы не мешало наладить с ним отношения.

— Поэтому ты меня бросаешь под танк, да?

— Лазарь, ты должен с ним помириться, потому что с этой службы не уходят просто так. Поэтому давай, напрягайся и выворачивайся, как умеешь только ты.

— Вообще-то я в этой заднице оказался по твоей вине. Хотя, если б я только знал, чем это закончится, то…

— А ты не юмори, Лазарь, сам-то тоже не холостой. А насчет расстояния, так бешеной собаке сто вёрст – не крюк. Поэтому думай поменьше и собирайся.

— Настучали уже.

— И стучать не надо было, сам все узнал. Так вот, на жену твою я тоже купил билеты, а с остальным разберешься уж как-нибудь, – Наскалов отключился, оставив меня в раздумьях.

— Ладно, посмотрим, – завел машину и рванул с места, поднимая в воздух хлопья талого снега.