Онлайн книга «Его Мишень»
|
— Я? – прикусила щеку, чтобы не распахнуть рот в изумлении от столь взрослых размышлений. – Я просто одинокая, Егор. И мне очень нравится проводить с тобой время. Не потому, что жалко, а потому, что ты прикольный. — Хм, – Егор сложил стопку с грязной одеждой на пол, покосившись на белоснежную простынь и сел на диванную подушку. – Ну, давай играть тогда? — Хочешь, я постираю? К утру всё высохнет, —максимально спокойно спросила, засунув в рот бутерброд. Поставила поднос с едой перед нами и стала шваркать чаем, пытаясь заполнить тишину чавканьем. — Хорошо, – тихо ответил Егор. А я с облегчением вздохнула, взяла его вещи и понесла на кухню. Сердце бешено стучало, когда разбирала потрепанную одежду, но держалась изо всех сил, чтобы не спугнуть мальчугана. Мне почему-то было очень важно его доверие. Не нужна ему моя жалость, бесполезно это чувство. И для него, и для меня… — Ну? Идёшь или уже сдаёшься? — Иду, Егор… Иду… Так мы и просидели у телевизора до поздней ночи, пока малыш не вырубился, крепко сжимая джойстик в своих руках. Он медленно съезжал по поверхности дивана, пока не упёрся носиком в моё плечо. А я застыла, боясь пошевелиться, чтобы не потревожить его сон. Так и сидела, рассматривая красивое лицо, пересчитывала шрамы, рассматривала ссадины и перебирала взлохмаченные после душа волосы. И хорошо было. Спокойно. Я аккуратно взяла его на руки, прижала к себе всего на мгновение, но этого хватило, чтобы Егор глаза распахнул. — Тш-ш-ш-ш, – опустила его на диван, укрыла одеялом и выключила телевизор, погружая квартиру в привычную темноту. – Спокойной ночи, Егорка. — Спокойной ночи, Ксюша… Я развесила его вещи на балконе, закрыла дверь и закурила, спрятавшись за ветвистой искусственной пальмой. Сжимала в руках телефон, но не для того, чтобы прослушать голос мужа, который уже не слышала почти неделю, а чтобы позвонить… Убежала из квартиры Германа, как истеричка последняя. Всю неделю просыпалась в поту, пытаясь отдышаться от воспоминаний, что отравили мои сны. Мне больше не снился Игорь, мои сновидения были пропитаны чужим голосом, чужим телом и чужими словами. Стоит лишь закрыть глаза, как мир начинал крутиться сломанным колесом обозрения, подкидывая не вид города, а поджарое тело Германа, странную татуировку и шальной блеск глаза. Эх, Гера… Мчалась в машине по городу, уничтожая себя тоннами оскорблений и жгучей ненавистью. Если б могла, то придушила, лишь бы вырвать всё произошедшее из головы. А влетев в квартиру, первым делом легла в горячую ванну, чтобы вытравить его запах из своей кожи. Он, как наваждение, что уже никогда не исчезнет. Заставила себя не думать о нём. А он и не звонил… Я каждый день прокручиваю в голове то злосчастное утро. Проснулась от дикого сердцебиения, что было предвестником надвигающейся панической атаки. Всё было чужим… Квартира, вчера казавшаяся тёмным уютным пузырём, стала обретать реальные черты, выдавая в своём интерьере характер её владельца: практически чёрный паркет, светлые тона и контрастные стены, отделанные натуральным деревом. Чётко, по делу, со вкусом и без мишуры. Прямые линии, простые цвета, лаконичная мебель и ни единого следа женщины, уж мне в силу профессии, это очень бросалось в глаза. Помню, как повернулась и долго рассматривала его красивое лицо, что во сне теряло свою жёсткость: линия скул уже не грозила порезами, губы становились мягче, а из глаз не сыпались искры, лишь по-детски громкое сопение заполняло тишину спальни. Ладонь вспыхнула от желания притронуться, чтобы убедиться, что не сон это… И тогда меня накрыло. Затряслась, как лист осиновый. Хотела было сбежать, но сил не было, поэтому просто замоталась в простыни, как мумия, и стала покорно ждать его пробуждения. В голове летали его откровения, комплименты и хриплые стоны, не дающие и шанса пробиться голосу Игоря. |