Онлайн книга «Сломанная любовь»
|
Вперёд… А что нас там ждет? Счастье, что было в прошлом? Вот только я прекрасно знаю теперь, что не всё починить можно, порой проще разрушить до самого фундамента, чтобы возвести что-то по-настоящему крепкое. Я вновь и вновь смотрел на нее, не понимая, чего хочу больше: вернуть то, что было в прошлом, или узнать её настоящую - такую взрослую, степенную, опытную… Вот только нужно ли ей всё это? — Паровозики!!!!!— завопил Миша, дергая ногами так, что моё кресло превратилось в массажер, что довольно активно прорабатывал область почек. — Мама! Мы забыли купить карамельки! — С таким количеством сладкого паровозики тебе вышлют беззубого папу! — Оля начала рыться в сумке, пытаясь найти альтернативу «взятки». — Открой бардачок, Ляля. — Не буду! — Это ещё почему? — Не хочу напороться на что-нибудь личное, — она упрямо сложила руки на груди и прищурилась, давая понять, что спорить с ней бесполезно. — Аллергия у меня на чужие, особенно женские вещи. — Мишань, — я повернул голову к суетящемуся пацанёнку, которому было так тяжело усидеть на месте, слыша заветное «тух-тух-тух». — Карамелек не будет, мама не хочет доставать их… — Мирон! — взвизгнула Оля от моей наглости, но бардачок все же распахнула и достала коробку, забитую конфетами. — Это не честно! — Когда дело касается сладкого, мама, — Миша вырвал взятку, прижал её к груди и улыбнулся. — Ни о какой честности речи быть не может! Так бабАля говорит. — Кто? — я припарковался у обочины, отстегнул ремень и повернулся к сыну. — Бабушка Аля, — вмешалась Оля. — Она же БабАля. Привыкай. Может, блокнот заведешь? — Пора… Так, на выход, пока все паровозики не захрапели, — я вышел из машины, расстегнул Мишку и взял его на плечи. — Готов? — Готов-готов! — Миша обхватил ладонями меня за голову. — Надо было у Шурки ещё раз точно всё узнать, чтобы наверняка! — Миша, — застонала Ляля, как только мы спустились к путям. — Только не говори, что мы ещё раз потащимся через весь город. — Поедем, обязательно поедем, если не поможет. Вот у тебя есть папа. Ты его любишь? — Конечно, люблю! — Я тоже хочу… Мишка вздохнул так горько, что сердце защемило даже у меня. Я не мог посмотреть в его глаза, но чувствовал, как пацан напрягся и, забывшись, с силой сжал мои уши. Оля припустила, обгоняя нас, лишь бы не показать своих слёз. Да мне и смотреть не нужно. От концентрации несчастья в трёх сердцах, припорошенного минутным весельем и привычкой улыбаться, дурно стало. Именно сейчас я понял, что нет сил ни у Оли возвращаться в прошлое, ни у меня, а Мишка просто хочет надеяться на паровозик, что сжалится и, наконец-то, выплюнет ему хорошего папу. А я? Я могу вот так ворваться в его жизнь? А что я умею? У меня, кроме работы, ничего и не было. Я даже не знаю, что он любит… — Мы будем с ним купаться на речке, играть в теннис, а потом он сводит меня на хоккей. А ещё он будет сильный, добрый и будет защищать меня, — сам того не понимая, Мишка стал сыпать фактами, что были мне так нужны именно сейчас. Аккуратно сжал детские ножки, рассматривая выгоревшие тоненькие волосики на смуглой коже, носочки с суперменом и сандалии с паровозом на липучке. Это был явно другой мир, билет на который нужно было искать у перекупов. Но оно того стоило… Найду, Мишка, я найду тебе отца в себе, а в тебе найду своего Мишгана, с которым мы по выходным будем смотреть хоккей. |