Книга Сломанная любовь, страница 66 – Евсения Медведева

— Не буду, — вздохнула она и слезла с кресла. — Я сяду вперёд, но кровь ты всё равно сдашь, иначе тебя в школу не возьмут.

— Дядь Мирон, — зашептал Мишка, как только Сладкая села на переднее сидение. — А что такое лох, расскажешь?

— Расскажу, но попозже, — еле сдержал смешок, заставив себя говорить с ним по-взрослому. Расскажу, Мишаня… Лет через десять, я тебе и не то расскажу.

Пока обходил машину улыбался, как дурак последний. Чувство, что я сплю, никак не покидало меня. Олька сидела, сжимая ремень сумки, до белизны костяшек. Нервничала. Радует, что не сбежала и фамилию не сменила, а с остальным я справлюсь.

— Ну, что? Куда едем?

— В поликлинику, около ДК которая, — Оля махнула рукой, указывая направление, и отвернулась к окну.

— Ты теперь разговаривать со мной не будешь? — сделал музыку погромче, а сам чуть наклонился к Сладкой, что сегодня была так обворожительна. Облегающие голубые джинсы, белая рубашка и сандалики. Вот умеет она при внешней простоте сводить меня с ума. А запах её? Такой пленительный аромат сладкой свежести, которой хочется дышать.

— Ты же ничего не спрашиваешь, — она дёрнула плечом и поправила на рубашке пуговицы, словно прикрыться хотела.

— Я переборщил вчера, Ляля.

— Да нет, Мироша, — она медленно повернула ко мне голову. — Ты правильно все сказал. Я убегала, пряталась, молчала. Во всем я виновата. А ты прав. Так, может, ты знаешь, как быть дальше?

— Знаю, Королёва, знаю, — рассмеялся я, наблюдая, как вытягивается от удивления её лицо.

— Мирон, ты в своем репертуаре, — несмело усмехнулась она.

— Как хоть свадьба прошла?

— Закатай губу обратно, Королёв, мы с тобой всего лишь однофамильцы!

Ещё никогда очереди в обычной городской поликлинике, детские истерики перед процедурной и медлительность врачей не приносили мне столько счастья. Никогда… Я ходил за ними следом, наслаждался общением, ловил быстрые взгляды и улыбки. Жадно глотал эмоции, которых, оказывается недополучил. Запретил себе думать о прошлом, потому что можно пропустить реальность.

Не смотрел на часы, не задавал вопросов, лишь кайфовал от ощущения, что они рядом. Олька сначала смущалась, дёргалась, а потом расслабилась и смеяться начала, наблюдая, как Мишка нарочно долго застёгивает ремешки сандалий перед тем, как пойти на сдачу крови. И я наблюдал. В глазах пацана была паника, страх, но он изо всех сил старался не подать виду, очевидно, не хотел опозориться передо мной, за что я получил «спасибо», произнесённое Олей одними губами, перед тем, как войти в кабинет.

Я нервно расхаживал по тротуару у торгового центра, где уже час торчали Олька и Мишка. Пока они ушли на примерку, я провернул одно дельце, но оказалось, что мог и не торопиться.

— Дядь Мирон! — Мишка вылетел первым, а следом тащилась Ляля с огромным пакетом наперевес.

— Ты чего маме не помогаешь, мужик? — я забрал её ношу и забросил в багажник.

— Ага… Даст она себе помочь. У меня мамочка, знаешь, какая?

— Какая?

— Сильная, — Миша обнимал Ольку, поглаживая ручками по животу. — И красивая-я-я…

— Это правда. А теперь идём есть? А то умотали вы меня сегодня, — закрыл машину, взял Мишку за руку и протянул ладонь Ольке.

— Мы и дома можем поесть, правда? Мирон из-за нас сегодня работу пропустил.

— Не вредничай, Сладкая, — я подхватил её за локоть и легко подтянул к себе. — Идем, накормлю. Ты всегда злая, когда голодная.