Книга Грязные чернила, страница 93 – Лана Ива

— Прощальное слово будет? – усмехаюсь я, подходя к нему.

— Твоя крошка хорошо умеет сосать, – заявляет он, и больше меня ничего не сдерживает.

Я набрасываюсь на него и валю на пол. Элиас даже не успевает прикрыть своё испуганное лицо, пока мой кулак по прямой летит ему в нос. Слышится мерзкий хруст, и Элиас стонет, пытаясь закрыть лицо руками. Я хватаю его за воротник рубашки и притягиваю к себе. Из его носа ручьём течёт кровь, прямо на мою любимую футболку, но мне плевать.

— Я предупреждал тебя, урод. Как тебе такое насилие? Хочешь, устроим прямую трансляцию?

— Да эта тварь мне все яйца отбила и руку прокусила!

— За тварь ты тоже сейчас ответишь.

Я толкаю его обратно и вновь заношу кулак. Бью в правую скулу, в левую. Бейкер даже не блокирует мои удары, знает, что он мудила и сам во всём виноват. Как же я его ненавижу.

— Ты посмел оставить на её теле свои сраные метки, за это я выбью все твои зубы.

— Нет, Лиам!

Я слышу крик Пола позади себя. Какого хрена он тут делает? Шефер тут же оттаскивает меня от Элиаса и хватается за голову.

— Ты опять с катушек слетел? – орёт на меня Пол и садится рядом с Бейкером. Тот шевелится, что-то мычит. Живучий ублюдок.

Я прислоняюсь спиной к стене и пытаюсь отдышаться. Мои руки саднят, но ярость больше так сильно не застилает глаза. Наблюдаю за тем, как Шефер суетится перед Бейкером, кому-то звонит. Элиас садится и смотрит на меня заплывшими глазами. Его лицо сейчас похоже на кусок отбивной, всё в крови, и мне его совсем не жаль. Пол бросает рядом с ним аптечку и какое-то полотенце.

— Ты как? – спрашивает он Элиаса. – Кровь вытри.

— Как я?! Он, блядь, мне нос сломал! – орёт Бейкер, хватаясь за полотенце. – Дай мне что-нибудь холодное и вызови врача.

— Он уже едет. – Пол уходит на кухню, а я смотрю на Элиаса.

— Радуйся, что не зубы, нытик.

— Готовься к суду, козёл, и проваливай на хрен из моего дома.

— Суд будет только про твою честь, кретин. Я обязательно это устрою.

— Хватит! – гаркает Пол, возвращаясь в гостиную, и швыряет Элиасу мешок со льдом. – Сегодня ты перешёл границу, Лиам.

— Я перешёл? – Я вскакиваю на ноги. – Да ты бы видел лицо Саммер! Этот урод хотел её изнасиловать, блядь! По-твоему, он достоин сострадания?

— Я ничего ей не сделал, – встревает Бейкер, и мне хочется заехать ему по челюсти с ноги.

— У неё синяки на запястьях и два огромных засоса на шее! – Я бросаюсь к нему, но Пол удерживает меня. Я яростно смотрю на него. – Не веришь мне, поехали к Саше, увидишь всё сам.

— Я не знал… – бормочет Бейкер.

— Чего ты не знал? Что насиловать девушек это плохо? Я тебе сказал не трогать её и пальцем!

— Да не собирался я её насиловать!

— Заткнись! Она будет писать заявление.

— Успокойся, Лиам! – Пол отодвигает меня в сторону и садится напротив Бейкера на корточки, разглядывая его лицо. – Всё вот это, – он обводит рукой его побитую физиономию, – будет заживать месяц, не меньше. Сиди дома и не высовывайся, понял? Все концерты придётся отменить.

— Твою мать… – Бейкер прикрывает глаза, всё ещё держась за свой кровоточащий нос.

— Да за это ты должен вышвырнуть его на хрен, Пол! – ору я. – Я тебе говорил, что не нужно брать его в нашу команду.

— Вы оба хороши, и хватит уже вести себя как мудаки! – заводится Шефер, поднимаясь на ноги. – Я не собираюсь всю жизнь разгребать за вами дерьмо. Вам сколько лет? Ведёте себя так, как будто девок никогда не видели! Столько проблем из-за одной.