Книга Путь отмщения, страница 95 – Эрин Боумен

Теперь мне все равно — теперь, когда картина с качающимся на ветке телом Билла навсегда отпечаталась у меня в мозгу, а страница из Библии, исписанная Роузом, все еще продолжает стоять перед глазами.

Может быть, для Лил все в жизни делится на черное и белое. Возможно, для нее ложь и воровство Джесси непростительны. Но я не дам ему свариться, как тому койоту из сказки.

Я смотрю на правое ущелье; эта часть Игольного каньона продолжается на юг. В угасающем свете дня замечаю какое-то мерцание на самом верху гребня. Может, блестит кусок кварца, а может, бликует металл ружейного дула. Или кто-то из «Всадников розы» стоит часовым над ущельем. Или апачи следят за молодчиками Роуза. В любом случае это означает, что лагерь бандитов неподалеку. После этого я замечаю блеск совсем иной природы — даже не блеск, а сияние. Оно разливается в глубине каньона, примерно в полумиле к югу от того места, где я нахожусь. Я роюсь в вещевом мешке, навьюченном на ослика, и достаю бинокль, забытый Джесси.

Так и есть, это они: «Всадники розы». Семь темных теней сбились вокруг костра. Их было семеро, когда мы забаррикадировались в заброшенном доме возле Солт-Ривер, но одного Роуз застрелил той же ночью, значит, сейчас седьмой — это Джесси. А еще это значит, что человек с ружьем на вершине ущелья не из банды Роуза.

Я сажусь и думаю.

Сейчас не выйдет к ним подкрасться — слишком светло. Но я не настолько тупая, чтобы соваться в лагерь к бандитам ночью и угодить прямиком в засаду. А вот они, возможно, и вправду настолько тупы, что ждут от меня именно этого. Даже если не принимать в расчет невозможность маневра, дневника у меня все равно нет. Хотя можно притвориться, что он у меня.

Да еще тот блик на гребне ущелья…

Я смотрю наверх и, поискав взглядом, через пару секунд снова нахожу его, но даже в бинокль не могу разглядеть, кто там прячется.

Однако это наводит меня на мысль.

Роуз, конечно, не идиот и не верит в рассказы о призрачном стрелке, но я ведь путешествовала с индейской девчонкой-проводником. Уэйлан не знает, что она уехала. По его мнению, она по-прежнему мне помогает. А возможно, не только она, но и другие апачи.

Завтра я могу прийти в лагерь бандитов среди бела дня с гордо поднятой головой и притвориться, что дневник у меня. А потом, прежде чем заключить сделку, я изменю условия: жизнь Джесси в обмен на безопасность Роуза и его бандитов. Если Уэйлан отдаст мне Джесси, я велю своему проводнику не стрелять.

Это может сработать.

Должно сработать.

* * *

Примерно в четверти мили от их лагеря я останавливаюсь на ночлег. Ближе не рискую подойти, иначе бандиты меня услышат.

Костер тоже не развожу — так меня заметят еще быстрее.

Я жую черствую лепешку и запиваю остатками воды из фляги. Нужно будет набрать еще, но это может подождать до того времени, когда я вызволю Джесси. Лил упоминала ручей. Да и позади меня в долине, откуда я пришла, тоже наверняка есть вода, или там ничего не росло бы. Но ползать сейчас в темноте в поисках воды нет смысла — напрасная трата сил, которые наутро мне понадобятся вместе с ясной головой. И потом, у меня едва зажила растянутая лодыжка, и я не хочу снова оступиться и подвернуть ногу.

При свете луны я чищу оружие. Я умею разбирать и собирать его на ощупь, особенно винчестер — из него я и выстрелить могла бы с закрытыми глазами, не то что перезарядить.