Книга Путь отмщения, страница 77 – Эрин Боумен

Последней я снимаю рубашку и бросаю ее к остальным вещам.

— Ты идешь? — спрашиваю я у Лил.

— Я мылась вчера вечером. Лучше прогуляюсь.

— Куда?

— Бледнолицым вечно нужна цель, — бормочет Лил себе под нос, — они не умеют попросту жить.

Я провожаю ее взглядом и вхожу в реку. Вода не холодная, но после целого дня езды под палящим солнцем обжигает, как ледяная.

— Господи, теперь-то я понимаю, почему ты не стала мыться с нами в Белой купальне, — говорит Джесси. Его взгляд скользит по моему телу, и я прикрываю грудь руками, потому что рубашка вдруг кажется слишком тонкой и прозрачной.

— Теперь, когда ты знаешь, что она девушка, мог бы вести себя при ней прилично, — говорит ему Билл. В его замечании нет ничего такого, но голос у него почему-то хриплый. Если бы я не знала, что все в порядке, то решила бы, что он чем-то взволнован.

Джесси напрыгивает на брата, в шутку осыпая его ругательствами, а я захожу подальше и окунаюсь. Тут по-прежнему не очень глубоко, вода едва доходит до бедер, но помыться можно. Ребята продолжают бороться в воде, и пока они отвлеклись, я скребу голову ногтями, споласкиваю волосы, тру руки и ноги, промываю рану, потом откидываюсь на спину и качаюсь на воде, глядя в бескрайнее голубое небо. Оно огромное и безмятежное, словно опрокинутое озеро. Я вздыхаю полной грудью и только собираюсь перевернуться и встать на ноги, как кто-то хватает меня за лодыжку и утягивает вниз. Едва успев набрать воздуха, я оказываюсь под водой. На мгновение мне кажется, что это водяная змея обвилась вокруг ноги, но захват слишком крепкий. Прежде чем я начинаю брыкаться, меня отпускают, и я выныриваю, закашлявшись и хватая ртом воздух.

Джесси, бултыхаясь на расстоянии вытянутой руки от меня, улыбается до ушей.

— Прости, не смог удержаться.

— Ах ты, подлец! — Я брызгаю в него водой. — Скажи спасибо, что это была не вывихнутая лодыжка. Куда делись твои хорошие манеры?

Билл закатывает глаза.

— Да у него их никогда не было. Он только притворяется воспитанным.

— Заткнись, Билл!

— Сам заткнись, Джесс.

— А теперь заткнитесь оба! — раздается грубый окрик с берега. И следом звук, который невозможно спутать ни с чем: лязг ружейного затвора.

Я медленно оборачиваюсь.

На берегу реки, недобро усмехаясь, стоит изможденного вида человек.

— Вон из воды, — командует он, указывая дулом ружья на берег. — И поживее. — Речь с легким акцентом, но я не могу понять, с каким именно.

— Вальц, убери ты эту штуку! — кричит Джесси. — Это я, Джесси Колтон. Из Уикенберга.

— Джесси? — эхом откликается старикан. — Мальчишка Эйба? Гляди-ка, вырос! Когда я тебя видел в последний раз, ты еще не нарастил такие мускулы. А Билл и вовсе был мелким хлюпиком.

— Так прошло больше трех лет.

— Неужели? Надо же, как летит время.

Вальц опускает ружье. Он старше, чем я ожидала. Седые бакенбарды, редкая борода; лицо изрезано сетью морщин, напоминающих трещины на выжженной земле пустыни. Когда Джесси сказал, что Вальц и Эйб вместе работали на приисках, я представляла, что ему лет примерно как па, около сорока или чуть больше. Но Вальц выглядит на все шестьдесят.

— И как там старина Эйб? — спрашивает Вальц.

— Умер, — отвечает Джесси.

— Жаль. Хороший был человек.

Джесси ворчит:

— Тогда с чего ты полез на нас с ружьем, Вальц?