Книга Путь отмщения, страница 11 – Эрин Боумен

Сильви и Либби тоже проснулись; в лунном свете мне отчетливо видны две пары настороженных ушей.

Я замечаю какое-то движение в кустах у дальнего края овражка, возле самого склона. Осторожно встаю, держа револьвер наготове, и тихо подкрадываюсь. Кто бы ни прятался в зарослях, он меня услышал и замер, потому что шорох прекратился.

— Я знаю, что ты там, — шепчу я и отодвигаю ветки рукой. — Выходи с поднятыми…

Темная тень бросается мне под ноги из кустов и визжит. Я падаю, больно приземляясь на копчик, и тут же меня кусают за лодыжку.

— Тьфу ты, черт! — Я поднимаю глаза и вижу удирающего пекари. — Глупая дикая свинья!

Крупный кабанчик сердито хрюкает на меня и присоединяется к сородичам, объедающим кактусы.

Хорошо, что на мне высокие ботинки. Кабану не прокусить толстую кожу, а то сейчас я, наверное, истекала бы кровью. Поднимаюсь на ноги и, продолжая ругать пекари на чем свет стоит, хромаю обратно в лагерь. Столкновение со свиньей настолько притупило мою бдительность, что я чуть не пропускаю настоящую опасность.

— Видишь, я же говорил, что мы найдем его лагерь!

Я замираю и резко пригибаюсь за кустами.

— Но где мальчишка? Клод сказал, он поедет этой дорогой.

— Откуда мне, черт возьми, знать? Давай просто спугнем лошадей и заберем оружие и вещи.

— И кто нам даст вознаграждение, если не предъявим тело?

— Мальцу только и останется вернуться в город пешком, придурок. Там мы его поймаем и порешим. Отвязывай поводья.

— Погоди. У него на седлах даже не выжжена роза. А ведь у них такой знак, разве нет?

— Может, у него потому и нет метки, что он не хочет себя выдать? Наверняка ему известно, что за голову Роуза обещано целое состояние, да и за любого из его бандитов хорошо заплатят.

— Том, у меня дурное предчувствие. Сдается мне, мальчишка прямо сейчас наблюдает за нами, того и гляди пристрелит.

А вот и нет. Стрелять я буду только в крайнем случае. Мои пули предназначены для тех, кто убил па, и все-таки я крепче сжимаю рукоять револьвера.

— Тогда иди покарауль, — предлагает Том напарнику.

— Покараулить? Если парень и правда из банды Роуза, против них не попрешь. — Тем не менее говоривший выбирается наверх и встает у края оврага, где они оставили своих лошадей; оттуда отлично виден мой лагерь.

Том отвязывает поводья Либби от дерева, тут же достает револьвер и стреляет ей под ноги. Лошадь вскидывается на дыбы, разворачивается и скачет на север.

Вот дьявол.

Я поспешно шарю под ногами, пока не нащупываю камень, который помещается в ладонь. И швыряю его в сторону тропы. Как только напарник Тома уходит проверить, что там за шум, я выпрыгиваю из-за кустов и наставляю на Тома револьвер.

— А ну-ка, стой смирно, — говорю я, держа его на прицеле.

Он отпускает поводья Сильви и поднимает руки вверх.

— Идите оба к своим лошадям и проваливайте отсюда, — продолжаю я. — Тогда я сделаю вид, что ничего не произошло.

— Ага, а потом поедешь дальше и вырежешь всю семью Эйба? — говорит он. — Вот уж вряд ли, сынок.

— Так ты об Эйбе беспокоишься? И вознаграждение тут совсем ни при чем?

— Ладно, подловил. Вознаграждение очень даже при чем.

Он так быстро выхватывает револьвер, что я едва успеваю среагировать, инстинктивно нажимая на спусковой крючок. Выстрелом Тома отбрасывает к мескитовому дереву, он сползает вниз и больше не двигается.