Книга Золотые рельсы, страница 99 – Эрин Боумен

Я сижу между дядиных колен и в кольце его рук, держащих поводья его кобылы и моей гнедой. Он гонит быстрее, чем необходимо, я сижу в неудобной позе, подпрыгивая в седле и сталкиваясь с ним. Это даже хуже, чем то, как он держал меня за руку или затаскивал на лошадь. Но как бы это ни было неприятно, мне не обойтись без его поддержки, иначе я свалюсь с седла.

Когда мы приближаемся к дому, в эркере отодвигается занавеска и быстро возвращается назад, словно мигнувший глаз. Входная дверь распахивается, и на пороге появляется мама.

— Шарлотта, как ты могла? — хрипло кричит она. — Зачем ты вернулась? Зачем?

Она выгладит гораздо хуже. Лицо посерело, волосы утратили блеск. Прибавилось морщинок у глаз. Она и впрямь похожа на невменяемую женщину, какой старается изобразить ее мой дядя.

Меня слишком долго не было, мне вообще не следовало уезжать.

— Лилиан, иди в дом, — приказывает дядя. Не обращая на него внимания, она подбегает и заключает меня в объятия. Она прижимает меня к груди, и я вдыхаю ее запах, у нее на груда мне спокойней, чем в самой уютной постели. Она обхватывает мое лицо и отстраняет его, чтобы как следует рассмотреть. В уголках глаз стоят слезы.

— Глупая, так только хуже.

Она снова прижимает меня к себе.

— У меня есть план, — шепчу я ей на ухо.

— Лилиан! — взрывается дядя.

Она подходит к нему и берет за руку. И тут я замечаю его — кольцо у нее на пальце. Это не прежнее обручальное кольцо, это тоньше и тусклее. Оковы, которыми связал ее дядя. Они успели пожениться.

Утром оказывается, что Вон уехала.

— Нужно найти ее, — говорю я, упираясь ладонями в кухонный стол. Кэти сжимает в руках кружку с горячим чаем, так крепко, словно от этого зависит ее жизнь, а Джесси присматривает за овсянкой на огне. — Она не знает, что делает, да ей и не справиться.

— Не справиться? — Кэти опускает чашку и начинает считать, загибая пальцы на руке, — Сначала она попыталась застрелить тебя тогда в поезде, в Викенберге выдала властям банду Роуза… Она вынесла то, как ты обращался с ней в дилижансе, и сбежала. Потом она приехала ко мне в поисках стрелка и опять чуть не застрелила тебя прямо у меня на кухне. — Настала очередь пальцев другой руки. — Она услышала, когда приехал Джесси, пока мы спали. — Еще один палец. — Наконец, она выпуталась из происшествия с охотником за головами. Мне продолжать или довольно?

— Нет, я понял.

— Может, эта девушка и не стреляет так метко, как ты, но у нее хватит хитрости провернуть все, что она задумала. К тому же ты даже не знаешь, куда она направилась.

— Я просто беспокоюсь, понимаешь? Вдруг она опять примется искать наемного убийцу, но дело обернется хуже, чем в прошлый раз. И потом, вам правда безразлично, что она вот так уехала, ведь ее могут заметить и выйти на вас?

Джесси прекращает мешать кашу.

— Да кто ее заметит? Ты сказал, за тобой не было погони, а тут в горах нет никого, кто может взять след.

Я делаю большой глоток кофе. Кэти права насчет сообразительности Вон. Она много раз доказала это, не знаю, почему я чувствую такую потребность разыскать ее. Но если она отправилась на встречу с дядей без поддержки, я надеюсь, у нее есть отличный план. Если это не так, мы можем и вовсе не увидеться. Накануне вечером я разговаривал с ней немного резко, но совсем не хотел, чтобы она исчезла. Черт, я проснулся с мыслью, что надо поговорить с ней, сказать, что я вправду так думаю, но повышать на нее голос права не имел и прошу извинить. Видимо, я обидел ее. А ведь сам прихожу в ярость, когда люди относятся ко мне предвзято, считая, будто все обо мне знают! Но с ней я поступил не лучше.