Книга По ту сторону свободы, страница 74 – Анна Бойцан

— Лив, — сказал он, показательно закатив глаза, — Я контролирую себя лучше, чем тебе кажется.

И он рассмеялся — тихо, свободно, и этот смех прорезал её напряжение, как лезвие.

— Я пугаю тебя? Да. Я могу. Но это не значит, что я причиню вред. Страх — не доказательство угрозы.

Лив с трудом сглотнула. Щёки горели. Но она уже не дрожала — не так, как раньше.

— Ты невыносим. — смех прорвался через стену обиды и Лив зашлась в истеричном хохоте. — Нет, это чистая правда, не устану это повторять.

— Давай так, Лив. — Дориан сменил тон на серьёзный, но его голос был мягким. — Если мы опять дойдём до этой черты — ты будешь говорить. Стоп — и я останавливаюсь. Без вопросов. Ты видела это только что — я это могу.

Она взглянула на него, и в этом взгляде было что-то новое. Не доверие, пока ещё нет. Но желание поверить.

— Договорились, — прошептала она.

Он усмехнулся, склоняя голову чуть ближе.

— А теперь, можно я всё-таки украду у тебя поцелуй?

Лив улыбнулась — впервые по-настоящему за весь вечер.

— Я думаю, что да. — почти шёпотом ответила она.

И он поцеловал её — не властно, не требовательно. А так, как будто просил прощения каждым прикосновением.

В особняке Дориана всё изменилось. Прежде здесь царствовала тишина, нарушаемая разве что шелестом штор или ленивым звоном бокалов по вечерам. Теперь же хаос правил балом. Гости появлялись почти ежедневно — чаще всего после заката, но Лив знала: никто из них не приходил без разрешения.

Дни становились длиннее, ночи — гуще, пропитанные чем-то более плотным, чем просто тайна. Стены особняка, некогда казавшиеся Лив убежищем, теперь дышали тревогой. Вампиры, его «пешки», сновали по коридорам, как тени, их шаги заглушались коврами, но их присутствие ощущалось повсюду.

Сперва она силилась запомнить всех. Потом — хотя бы нескольких. В итоге безошибочно узнавала лишь Дерека — сухощавого, со впалыми щеками и выбритым затылком, — который почти не говорил, но всегда маячил рядом, когда Дориан бросал приказы. И Сиенну, так же молчаливую, но надменную, с безупречно прямыми волосами цвета платины, чьё равнодушие, казалось, било по нервам сильнее любых слов. Они появлялись чаще других. Словно принадлежали к внутреннему, особому кругу.

Со временем Лив научилась жить в этом странном мире, где бархатная тишина скрывала крики, а тепло объятий Дориана — его тьму. Хруст костей, хрипы, тишина — всё это вплелось в её повседневность.

Дориан оставался собой. Сдержанный, до дрожи самоуверенный, он словно сгущал воздух вокруг себя одним появлением. Но в этом калейдоскопе ночных визитов, коротких приказов, чужих стонов, доносящихся из подвала, и нескончаемых переговоров — он всегда находил время для неё.

Иногда она сидела на подоконнике в его кабинете, просматривая какие-то свои бумаги, и наблюдала, как он, не поднимая взгляда от карт с изображениями районов города, ронял:

— Я знаю, малышка, в последнее время я стал редким видом в твоей экосистеме, — в уголках губ мелькнула насмешливая искра. — Но обещаю, один вечер ты всё-таки сможешь провести в компании своего вампира. Без свиты, без протокола и, вероятно, без одежды.

Лив хмыкала, бросая на него нарочито недоверчивый взгляд и швыряя скомканную бумажку. Он ловил её, не глядя. Словно заранее знал, что она это сделает.