Книга По ту сторону свободы, страница 12 – Анна Бойцан

Лив оцепенела. Его тон был не грубым, но властным, как будто он сбросил маску. Она отступила на полшага, но спина упёрлась в стену.

— Что? — выдохнула она. — Ты... ты же сказал, я в безопасности.

Он наклонил голову, изучая её, и уголки губ дрогнули — не в улыбке, а в чём-то холодном.

— Ты в безопасности. Но будут правила.

Лив сжала кулаки, пытаясь унять дрожь. Его внезапная резкость пугала, его лицо внезапно стало выражать безразличие, и это вогнало Лив в первобытный ужас.

— Ты пугаешь меня, — тихо, почти шёпотом сказала она.

Он замер, его взгляд смягчился, но лишь на миг. Потом он отступил, проведя рукой по волосам, как будто борясь с собой.

— Это не входило в план, — пробормотал он, почти себе. — Просто... будь умницей. И не лезь туда, куда не надо.

Лив хотела ответить, но её взгляд упал на диван в углу холла, обитый бархатом цвета слоновой кости. Там вальяжно лежала женщина — потрясающе красивая, с тёмными волосами, струящимися по плечам, и алыми губами, изогнутыми в ленивой усмешке. Её серые, по-кошачьи раскосые глаза изучали Лив с откровенным пренебрежением. Узкое открытое платье облегало её, как вторая кожа, а в руке она небрежно держала бокал с вином.

— Дориан, милый, — протянула она, голос низкий, с хрипотцой. — Зачем ты таскаешь домой людей? Это теперь твоё новое увлечение — подбирать бродяжек под дождём?

Лив напряглась, щёки вспыхнули.

— Бродяжек? — бросила она, голос дрожал от злости. Она хотела продолжить, но Дориан остановил её взглядом.

Женщина прищурилась, её улыбка стала шире. Она медленно грациозно приподнялась на локтях, сохраняя вальяжную позу.

— О, у неё есть язык, — протянула она. — Забавно.

Дориан шагнул навстречу к женщине, наклонился и легко коснулся губами её щеки, почти нежно. Но его взгляд был устремлён прямо в глаза Лив.

— Вероника, Ты — часть интерьера, а мебель должна молчать, радовать глаз и выполнять свои функции. Так что не дерзи гостям.

Женщина усмехнулась, словно для неё это было развлечение. Она перекинула ногу через подлокотник, это движение было нарочито вызывающим.

— Ты всегда такой галантный, — процедила она, откидывая волосы. — Я бы на твоём месте трижды подумала, стоит ли тащить её сюда. Но, раз она уже здесь, может, ты хотя бы скажешь мне, как её зовут? Или я должна называть её просто «ужин»?

Лив вздрогнула, слово «ужин» эхом отозвалось в её голове. Она посмотрела на Дориана, ожидая реакции, но он лишь сжал челюсть, не отводя глаз от Вероники.

— Ты не на моём месте, детка. Я пока не определился. — Дориан отхлебнул из её бокала, — Но ты — не называешь её никак. Ты вообще с ней не разговариваешь, не подходишь к ней близко, ты меня услышала?

— Пойдём, — бросил он Лив, не оборачиваясь. — Нам нужно поговорить. Без лишних ушей.

Он направился к лестнице, ведущей вглубь дома, и Лив, всё ещё дрожа, последовала за ним. Вероника осталась в холле, её взгляд прожигал спину девушки, как раскалённый металл. Лив сглотнула, чувствуя, как стены сжимаются вокруг неё. Она была в его мире, и кажется, пути назад не было.

Дориан привёл её в комнату — библиотеку, стены которой утопали в книгах, старых и новых, с потёртыми корешками. В центре стоял массивный стол, на нём — серебряный поднос с графином и бокалами. В камине горел огонь, но тепло не разгоняло холод в её груди. Дориан закрыл дверь, и снова щелчок замка прозвучал, как повторно вынесенный приговор.