Книга Однажды ты станешь моей, страница 15 – Морган Бриджес

Я оборачиваюсь, мой взгляд мечется из одного угла в другой, обшаривая каждый темный закуток поблизости.

Именно там прячутся монстры. Не на открытом месте, а под кроватью или в шкафу. Дома и в других местах, где ты наиболее уязвим.

Где они могут подобраться к тебе.

Не обнаружив никого и ничего, я разворачиваюсь, чувствуя все тот же страх. Если бы я нашла источник своей тревоги, она бы уменьшилась, и я смогла бы сфокусироваться на чем-то. На цели. Нападать я бы не стала, конечно, но подготовилась бы защищаться.

Возможно, стоит купить пистолет.

Я качаю головой. У меня едва хватает денег на еду, что уж говорить об оружии стоимостью в мое недельное жалованье.

Вот только… еда мне не понадобится, если я буду мертва.

Я продолжаю идти вперед быстрым шагом, молясь, как и каждый вечер, о том, чтобы добраться до квартиры. Чтобы дожить до того момента, когда убийца моего отца предстанет перед судом. И тогда наконец моя душа успокоится.

Но до тех пор, кажется, мне понадобится другое оружие.

Например, короткая юбка и высокие каблуки.

Мисс Грин идет слишком быстро для такого крошечного существа, как она, ее ноги режут воздух, будто она может укоротить путь домой.

Это потому что она торопится? Или она чувствует, что я слежу за ней?

Она оборачивается так быстро, что ее длинная коса высоко подлетает и перемещается со спины на плечо. Она осматривается вокруг, ее светло-карие глаза распахнуты от ужаса, который она отчаянно пытается скрыть. Но она не может спрятать от меня свой страх.

Как и все остальное.

Я изучаю ее издалека, глядя на то, как поднимается и опускается ее грудная клетка, как она дышит прерывисто и часто. Она сжимает свои пухлые губы, отказываясь верить в то, что видят ее глаза. Она знает, что кто-то есть поблизости, хоть и не видит никого.

Умная девочка.

Мисс Грин разворачивается и подходит к «СиЗ». Всем понятно, что название сокращено от «Сиськи и Задницы», хотя владелец заверяет, что это «Спиртное и Закуски». И я бы поверил, если бы официантки там не носили коротких юбок, едва прикрывающих их задницы, и рубашек с глубокими вырезами, которые больше показывают, чем скрывают.

Так почему Калиста Грин, дочь бывшего сенатора, раньше носившая жемчуга и туфли на невысоком каблуке, заходит в такое сомнительное заведение?

Я наклоняю голову, поджимая губы. За одну секунду я принимаю решение последовать за ней внутрь. Она разожгла мое любопытство. Снова.

Она продолжает это делать, и от этого я впадаю в раздражение и замешательство с каждой секундой все больше.

В тускло освещенном помещении бара нечем дышать, воздух тяжелый от кислого запаха выдохшегося пива и сигарет. Выцветшие стены цвета грязи увешаны старыми неоновыми вывесками с названиями алкогольных брендов, буквы на которых по большей части уже не светятся. Над баром висит вуаль дыма, видимая в свете флуоресцентных вывесок. Истертый деревянный пол усыпан раздавленной скорлупой арахиса, а столы и стулья выглядят слишком грязными, чтобы к ним прикасаться.

Старый музыкальный автомат в углу играет рок, хотя большинство посетителей слишком увлечены выпивкой и приглушенными разговорами, чтобы обращать внимание на музыку. За барной стойкой небритый бармен тряпкой протирает стаканы, его фартук в пятнах, а полки с бутылками алкоголя позади него в пыли.