Книга Разрушенный, страница 123 – Мари Мур

Меня настигает слишком много эмоций, и я не могу с ними справиться. Я начинаю плакать, и Кэш тут же подходит ко мне, но на этот раз я не подпускаю его. От вида слез, застилающих мои щеки, Кэш выглядит выпотрошенным.

— Ким, что случилось?

Ты случился. Ты снова явился и перевернул всю мою жизнь.

— Я не могу сказать того, что ты хочешь услышать. Мы больше не можем быть вместе. Кэш, слишком поздно, – от моих слов у меня в горле вспыхивает такая боль, будто его режут самыми острыми лезвиями. – Я ждала тебя два года. Но тебя не было… Я полюбила другого и собиралась выйти за него замуж. Если бы я смогла что-то изменить… – я качаю головой. – Нельзя просто так перемотать время назад и сделать вид, что ничего не было.

Кабина останавливается, и сквозь заплаканные глаза я замечаю, как к нам приближается управляющий колесом обозрения, чтобы открыть дверь.

— Прости, Кэш. Наше время ушло, – я ухожу без всякого предупреждения.

Лас-Вегас

Ким уходит от меня все дальше и дальше, пока перед глазами застывает ее заплаканное лицо, а в голове множество раз проносятся ее слова.

Прости, Кэш. Наше время ушло.

Я парализован. Каждая мышца онемела, и я не в состоянии сдвинуться с места. Мои ноги словно намертво приросли к полу кабины. Все, что я могу сделать – смотреть на удаляющуюся фигуру Ким.

Черт, мне нужно догнать ее. Нужно попытаться еще раз вернуть.

Но мое тело отказывается меня слушаться. Будто невидимая сила удерживает меня, и я не способен сделать даже один ничтожный шаг.

Возможно, это связано с тем, что я обещал оставить Ким в покое, если она проведет со мной эту ночь. И теперь я разрываюсь изнутри.

С одной стороны, я должен сдержать данное мной слово. Но с другой, когда впервые за три с лишним года увидел Ким, в моей груди зажегся огонь. Он полыхает все ярче с каждой секундой. И если я исполню свое обещание оставить Ким, то он сожжет меня полностью и ничего не оставит.

Небольшой толчок приводит меня в чувство, когда кабина колеса обозрения начинает медленно подниматься. С высоты я вновь вижу Ким. Она покидает парк и идет к дороге, где ловит такси. Перед тем, как забраться в машину, Ким оборачивается, и, может быть, это звучит безумно, но кажется, что она смотрит прямо на меня.

Во мне вспыхивает надежда.

«Ким, вернись. Дай мне шанс все исправить, – мысленно молю я. —Я люблю тебя. Не уходи вот так, пожалуйста».

Между нами расстояние около тысячи футов. Тысячи футов боли, ошибок и непреодолимых проблем. Я чувствую на себе взгляд Ким. Но в тот момент, когда она отворачивается и садится в машину, до меня доходит осознание ее последних слов.

Прости, Кэш. Наше время ушло.

Я больше не могу это терпеть. Огромная дыра в груди, наполненная болью, разрастается и пронизывает собой каждую клетку моего тела. Я не хочу запоминать так нашу последнюю встречу. Не хочу хранить в памяти это до конца своих дней.

Я не выдерживаю и закрываю глаза, а когда открываю их, то вижу, как такси с Ким отъезжает. На площади перед парком больше никого нет.

«Вот и все, идиот. Ты, как всегда, все просрал и испортил, – нашептывает голос внутри меня. – На что ты надеялся? Ты правда решил, что она простит тебя после всего, что ты сделал? Зачем ты вообще повел ее в парк? Неужели за три с лишним года у тебя не хватило мозгов придумать что-то другое? Какое к черту свидание, тупой придурок? Ты должен годами вымаливать прощение, прежде чем появился бы крошечный намек на то, что Ким может тебя простить. Ты привык, что в твоей жизни все доставалось легко. Но теперь наконец ты получил то, что заслуживаешь».