Книга Я. Тебя. Сломаю, страница 78 – Ольга Дашкова

Воспоминания снова накатывают волной. Как он входил в меня снова и снова. Как каждый раз он был разным – то жестоким и требовательным, то невероятно нежным. Как он шептал мое имя в темноте, думая, что я сплю.

«Элиф… моя Элиф… что ты со мной делаешь?»

А я лежала, притворяясь спящей, и чувствовала, как его пальцы осторожно касаются моего лица, как он целует меня в лоб – так нежно, словно боится разбудить.

Даже сейчас, вспоминая об этом, я чувствую, как внизу живота разливается знакомое тепло. Соски болезненно твердеют под шелковым одеялом, а между ног пульсирует предательское желание.

Я невольно вздыхаю, пытаясь унять эти ощущения.

И тут Амир открывает глаза.

Он медленно поворачивается ко мне, как хищник, почуявший добычу. В темноте его взгляд кажется еще более пронзительным. Он молчит, но в его глазах читается все – и понимание того, что со мной происходит, и его собственное желание, которое он изо всех сил пытается контролировать.

Мы молча смотрим друг на друга, и я чувствую, как между нами нарастает напряжение. Его взгляд скользит по моему лицу, задерживается на губах, которые я невольно приоткрываю, опускается к шее, где под тонкой кожей бешено бьется пульс.

В его глазах столько всего: голод, который он даже не пытается скрыть; нежность, которая пугает меня своей искренностью; собственничество, напоминающее о том, что я принадлежу ему; и еще что-то – похожее на боль, на отчаяние.

И вопрос. Безмолвный вопрос, на который я не знаю ответа. Который может разрушить нас обоих.

Прикусываю губу, чувствуя, как краска заливает щеки. Это безумие. Мы лежим рядом, он смотрит на меня таким голодным взглядом, а я готова снова раствориться в его объятиях, забыв обо всем на свете.

Заставляю себя отвернуться. Переворачиваюсь на другой бок, отворачиваюсь от него, хотя каждая клеточка моего тела протестует против этого решения. Закрываю глаза, пытаюсь замедлить дыхание, убедить себя, что мне нужно поспать.

Утром. Утром я подумаю обо всем этом. О том, что происходит между нами. О том, что это может значить. О том, как жить дальше, зная, что…

Что я пропала.

Чувствую, как кровать слегка прогибается – Амир тоже поворачивается. Его дыхание касается моего затылка, оно теплое и ровное. Он не прикасается ко мне, но его присутствие окутывает меня, как невидимый кокон.

Я понимаю с ужасом и странным облегчением одновременно, что я действительно пропала. Потому что, несмотря на все противоречия, боль и путаницу в голове, здесь, в этой постели, рядом с этим сложным, опасным мужчиной, я чувствую себя… цельной.

Как будто часть меня, о существовании которой я даже не подозревала, наконец встала на свое место.

И это пугает больше всего остального.

Месяц.

Прошло тридцать дней с той ночи, когда между нами рухнули все преграды и я впервые поняла, что могу испытывать к Амиру нечто большее, чем ненависть.

Тридцать дней, в течение которых моя жизнь превратилась в качели между двумя крайностями: публичной холодностью и личным безумием.

Сижу в кресле в салоне красоты, пока мастер аккуратно сушит мои волосы после небольшой стрижки. В зеркале я вижу безупречное отражение: матовая кожа, ровные стрелки, губы цвета спелой вишни. Госпожа Демир во всей красе.

Но под этой маской кипит хаос.