Книга Я. Тебя. Сломаю, страница 43 – Ольга Дашкова

Задохнулась, чувствуя, как холод и ужас пробирает до костей. Это был не просто дом, не просто семья. Это был мир, где власть Амира держалась на страхе, на крови, на сломанных судьбах.

Мой отец, Лейла, сестры – все мы были пешками в его игре, как этот человек, корчащийся на полу. Я хотела бежать, но ноги словно приросли к каменному полу. Зажмурилась, собираясь с мыслями и силами, а когда открыла глаза, чуть не закричала.

Бежать было поздно.

Амир стоял в шаге от меня, его тень накрывала как крыло ворона. Глаза, темные, как ночь, впились в мои, и я почувствовала, что воздух уходит из легких.

Он не удивился, не рассердился – его лицо было непроницаемым, но в уголке рта затаилась тень улыбки, той, что обещала наказание.

— Элиф, – голос был мягким, почти ласковым, но от него легче не становилось. – Ты слишком любопытна.

Отступила, но спина уперлась в стену. Керем подошел к нам, его ухмылка стала шире, когда он увидел меня.

— О, смотри, наша невеста решила прогуляться! – он вытер кровь с кулаков о рубашку, шагнув ближе. – Любишь подглядывать, да? Это тебе не сказки про любовь, девочка.

— Замолчи, Керем, – оборвал Амир, не отводя от меня взгляда. – Элиф, что ты здесь делаешь?

Мой язык онемел, но я заставила себя говорить, хотя голос дрожал:

— Хотела узнать, что за монстр правит этим домом. Похоже, я нашла ответ.

Амир прищурился, его улыбка стала острее, как лезвие.

— Монстр? – он шагнул ближе, и я почувствовала жар тела и запах – смесь виски и чего-то резкого, как порох. – Ты видишь только то, что хочешь видеть, Элиф. Этот мир не такой, как твоя Москва. Здесь выживают те, кто умеет держать в руках власть. И я держу ее крепко.

— Власть? – выпрямилась, хотя страх сжимал горло. – Это не власть, Амир. Это жестокость. Ты ломаешь людей и думаешь, что можешь сломать меня.

Керем хмыкнул, но Амир поднял руку, заставляя его замолчать. Его взгляд был тяжелым, как свинец, но в нем мелькнула искра – не гнев, не угроза, а что-то, что я не могла разгадать.

— Ты ошибаешься, – сказал тихо, но каждое слово било, как молот. – Я не хочу тебя ломать, Элиф. Я хочу, чтобы ты поняла. Этот дом, этот город, этот мир – мои. И ты станешь частью его, хочешь ты этого или нет. Ты уже МОЯ.

Хотела ответить, но стон мужчины на полу оборвал мои слова. Он шевельнулся, его глаза, полные ужаса, встретились с моими. Амир заметил это и повернулся к нему, его лицо стало жестче.

— Уведи его, Керем, – приказал он. – И закончи с этим.

Керем кивнул, отошел от нас, схватив мужчину за воротник, и потащил его в темноту подвала. Стоны затихли, но их эхо осталось в моих ушах. Посмотрела на Амира, чувствуя, как гнев и страх борются в груди.

— Ты не человек. Ты зверь.

Он улыбнулся, но в этой улыбке не было тепла – только холодная, хищная уверенность.

— Может быть. Но этот зверь выбрал тебя, Элиф. И ты никуда не денешься.

Он шагнул ближе, его рука коснулась моего запястья, и я почувствовала, как ток пробежал по коже. Вырвалась, но он не отпустил, его пальцы сжались сильнее, не до боли, но достаточно, чтобы я поняла: бежать некуда.

— Пойдем, – сказал он, его голос был как приказ, не терпящий возражений. – Нам нужно поговорить. И на этот раз ты будешь слушать.

Он повел меня вверх по лестнице, его хватка была железной, но я не сопротивлялась. Не потому, что сдалась, а потому, что знала: мне нужно время.